Читаем Говоря о нас полностью

Он посмотрел на неё и замер. Роджер словно зафиксировал её взглядом, внимательно рассматривая красное платье и туфли на высоком каблуке, которые Элизабет

тщательно подобрала ранее. Она никогда не носила каблуки. Или обтягивающую одежду.

Но сегодня...

Что она делает?

Это была ужасная идея.

— Черт побери, Элизабет, ты прекрасно выглядишь. — Он пробежался костяшками

пальцев по её голой руке, оставляя на коже ощущение кожного зуда, которое быстро

превращалось в невыносимое жжение. Вздохнув, ближе приблизился к ней, читая её

реакции на него, как открытую книгу и, несомненно, наслаждаясь тем, что видел. — Я

хочу поцеловать тебя. Прямо здесь. Прямо сейчас.

В ответ её дыхание участилось, а желудок сжался от предвкушения. Она прижала

сверху руку, но это не помогало успокоиться. Ничто не могло бы успокоить. Ничего, кроме... него. Казалось, не обращая никакого внимания на её внутреннюю борьбу, он

скользнул рукой по спине Элизабет. Через ткань она почувствовала огненный след, который оставался на коже везде, где касалась его рука. Потом он подошёл вплотную, и

его запах подчинил её. Она почувствовала себя потерянной.

Это было всё, что ему требовалось.

Он опустил лицо, его рот был в сантиметре от её губ и...

Нет. Нет, нет, нет, нет.

— Извини, можешь дать мне минутку, пожалуйста? — выпалила она, отстраняясь в

спешке.

Роджер нахмурился и сразу отпустил её. На его лице отразилось замешательство.

— Да, конечно.

Элизабет ринулась в ванную и после того, как закрыла дверь, сделала глубокие

вдох и выдох. Комната начала вращаться и всё, о чём она могла думать, всё, что могла

чувствовать — была его рука на её спине, и её ответная реакция.

Это была ужасная идея.

По-настоящему ужасной.

Тем не менее, если она не продолжит со своим планом и не продемонстрирует ему

в очевидной форме, что является для него действительно не той женщиной, Роджер

продолжит бросать на неё взгляды, переполненные желанием, как делал сегодня в суде. И

будет преследовать её до бесконечности.

Если он продолжит смотреть на неё, как будто видит последнюю женщину на

планете Земля, она, вероятно, сломается и позволит ему себя поглотить. Элизабет не

могла допустить, чтобы такое случилось.

Это влечение должно закончиться сегодня вечером.

— Элизабет? — позвал он, мягко стуча в дверь. — Послушай, если ты передумала, мы можем отменить ужин и...

Она открыла дверь и посмотрела ему в глаза.

— Нет, я не передумала. Мне просто нужно было… — секунда, чтобы перевести

дыхание, — припудрить нос. У меня блестела кожа.

Роджер подозрительно посмотрел на неё, но переместился, позволяя пройти.

— Если ты уверена. Я никогда не хотел бы, чтобы ты чувствовала себя обязанной

пойти со мной на свидание. Если тебе это не интересно, я пойду домой. Ничего

страшного. Я оставлю тебя в покое.

Но он бы так не поступил. Не по-настоящему.

Она должна сделать так, чтобы он больше её не хотел.

— Спасибо за предложение, но я умираю от голода.

Она прошла перед ним, и после того как схватила жакет, повернулась, чтобы

встретиться с ним с высоко поднятой головой. Больше никаких обмороков и мыслей о его

красоте. У неё имелся план, и она намеривалась довести задуманное до конца.

— Пойдём поужинаем.

Они вышли из дверей, и Элизабет осмотрела улицу в поиске свободного такси. В

момент, когда она поднимала руку, Роджер взял её за запястье и мягко остановил.

— В этом нет необходимости. Я уже позаботился обо всём.

Она последовала за ним, не говоря ни слова, и позволила подвести себя к

лимузину, который, казалось, ожидал президента Соединённых Штатов Америки, а не

Роджера Джексона и Элизабет Гарфилд.

Водитель открыл заднюю дверь, чтобы помочь им сесть в машину и поклонился

Роджеру.

— Сэр.

— Хью. — Роджер улыбнулся мужчине и слегка похлопал того по спине. У Хью

была темная кожа, чёрные волосы, карие глаза, и был он почти так же высок, как и

Роджер, рост которого превышал метр восемьдесят. — Как прошёл матч Оливии?

Широкая улыбка Хью продемонстрировала очень белые зубы.

— Очень хорошо, сэр. Она набрала двадцать очков.

— Подожди. А это значит, что она будет играть в профессиональной команде?

— Я надеюсь, что да, сэр. — Хью приподнял шляпу в знак уважения. — Я надеюсь.

Роджер повернулся к Элизабет, молчаливо наблюдавшей за их обменом шутками.

Он казался таким дружелюбным. Таким... открытым. Определённо, Роджер не производил

ожидаемого впечатления.

— После тебя, Элизабет.

Она глубоко вздохнула и села в лимузин, обратив внимание на голубые огни, освещающие салон изнутри. Элизабет любила голубой, именно этот цвет она

предпочитала. Сиденья в салоне были обиты мягкой чёрной кожей, и в фоновом режиме

звучала музыка.

Классическая.

Что-то подсказывало ей, что для Роджера это являлось обычной рутиной.

Возможно, он искал расположения у женщин при помощи дорогих вечеров, предлагая им шампанское, которое обязательно можно найти где-нибудь в лимузине, а

потом соблазнял их в своей постели. Неудивительно, если он имел каждый раз успех.

Потому что, ну, достаточно посмотреть на него... Мужчина красивый, с шикарным телом, остроумный и богатый.

Без сомнения, многие женщины были без ума от всего этого.