Читаем Говардс-Энд полностью

— Она здорово перетрусила, — говорил мистер Уилкокс, излагая случившееся Долли за чаем. — У вас, девочек, нервы никуда не годятся. Конечно, когда я произнес первое слово, все встало на свои места, но какая глупая старуха эта мисс Эйвери — она тебя испугала, да, Маргарет? Ты стояла и сжимала пучок сорняков. Она могла бы что-нибудь сказать тебе, вместо того чтобы просто спуститься по лестнице в своей наводящей ужас шляпе. Она прошествовала мимо, когда я вошел. Автомобиль и тот потупился. Вот уж удивительное создание! Некоторые старые девы такими бывают. — Он закурил сигарету. — Это у них последнее средство. Один Господь ведает, что она там забыла в доме. Но это дело Брайса, не мое.

— Не такая уж я была дурочка, как ты рассказываешь, — ответила Маргарет. — Я просто испугалась, потому что до этого в доме все время было очень тихо.

— Вы решили, что появилось привидение? — спросила Долли, для которой незримое сводилось к привидениям и церковной службе.

— Не совсем так.

— Но она ведь правда тебя испугала, — сказал Генри, который был весьма склонен поддерживать в женщинах чувство робости. — Бедняжка Маргарет! Тут нет ничего удивительного. Необразованные классы крайне глупы.

— Мисс Эйвери принадлежит к необразованным классам? — спросила Маргарет и неосознанно принялась разглядывать убранство Доллиной гостиной.

— Одна из работниц фермы. Люди вроде нее вечно что-нибудь предполагают. Она предположила, что ты знаешь, кто она такая. Оставила все ключи от Говардс-Энда в передней и предположила, что ты, когда вошла, их увидела и что, закончив осмотр дома, запрешь его и вернешь ключи ей. А на ферме ее племянница повсюду их разыскивала. Недостаток образования делает людей очень небрежными. Когда-то в Хилтоне было полно таких женщин, как мисс Эйвери.

— Возможно, меня бы это не раздражало.

— Как и то, что мисс Эйвери сделала мне свадебный подарок, — вставила Долли.

Фраза была нелогичной, но зато интересной. Благодаря Долли Маргарет предстояло многое узнать.

— Но Чарльз сказал, что я не должна на нее обижаться, потому что она была знакома с его бабушкой.

— Ты, как всегда, все перепутала, моя любезная Доротея.

— То есть прабабушкой — той, которая завещала дом миссис Уилкокс. Разве обе они и мисс Эйвери не были дружны, когда Говардс-Энд тоже был фермой?

Свекор Долли выпустил струйку дыма. Странно он относился к своей покойной жене. Намекал на нее в беседе, не мешал другим о ней говорить, но никогда не произносил ее имя вслух. Не интересовался он и ее туманным буколическим прошлым. А Долли интересовалась. По следующей причине.

— А не было ли у миссис Уилкокс брата — или дяди? Во всяком случае, Чарльз огорошил ее этим вопросом, и мисс Эйвери сказала: «Нет». Представляете: если бы она сказала «да», то вдруг оказалось бы, что это тетушка Чарли. (О, послушайте, как здорово! «Тетушка Чарли»![38] Надо будет подразнить его сегодня вечером.) Этот человек куда-то уехал и был убит. Да, теперь я точно вспомнила, что все было именно так. Том Говард — последний из Говардов.

— По-видимому, да, — небрежно бросил мистер Уилкокс.

— Послушайте, для Говардов Говардс-Энд — это совсем не хеппи-энд! — воскликнула Долли. — По-моему, я сегодня в ударе, а?

— Хотелось бы, чтобы ты выяснила, наступил ли хеппи-энд у Крейна.

— О, мистер Уилкокс, как вы можете?

— Потому что, если он напился чаю, нам пора ехать… Долли — славная малышка, — продолжал он. — Но иногда может хватить через край. Я и за большие деньги не согласился бы жить с ней рядом.

Маргарет улыбнулась. Хотя Уилкоксы всячески демонстрировали окружающим свою твердость, ни один из них не смог бы жить рядом с другим Уилкоксом или рядом с его владениями. Им был присущ колониальный дух, и они всегда искали такое место, где белый человек мог бы нести свое бремя незаметно для других. Конечно, пока в Хилтоне проживала более молодая семейная пара Уилкокс, Говардс-Энд нельзя было рассматривать как возможное жилище для них с Генри. Теперь возражения мужа по поводу переезда туда стали для Маргарет ясны как божий день.

Крейн напился чаю и был послан в гараж, где с их автомобиля стекала грязная вода, пачкая автомобиль Чарльза. Ливень теперь уже наверняка промочил насквозь Шесть холмов, принеся с собою новости о нашей беспокойной цивилизации.

— Любопытные курганы, — сказал Генри. — Но пора садиться в машину. Остальное в другой раз.

Он должен был быть в Лондоне к семи, а лучше к шести тридцати. Маргарет снова потеряла ощущение пространства, снова деревья, дома, люди, животные и холмы слились, сгрудившись, в грязную массу. И вот она уже на Уикем-плейс.