Читаем Горсть синего овса полностью

– Неприятность случилась у бедного менеджера из Санкт-Петербурга, ты к этому отношения не имеешь, а я очень даже рад возможности пожить в этом городе какое-то время, это моя давняя мечта.

– Алешка, скажи мне еще раз, что у тебя всё хорошо,

– Говорю еще раз, у меня всё хорошо, буду звонить тебе из города на Неве, а когда вернусь, обязательно увидимся.

Разговор с Ариной получился странным. Алексей так и не понял, почему она так беспокоилась о нем. Но разбираться с этим сейчас ему не хотелось, его уже полностью захватила предстоящая поездка в город белых ночей. В мыслях он уже гулял по его набережным.

Катя

Август заканчивался. Ночи стали холодными, но днем еще стояла летняя жара.

Работа в офисе шла своим чередом. Население города Москвы, по-прежнему, интересовалось покупкой земли, оформлением и переоформлением документации, загружая агентство делами «под завязку».

Всё было по-прежнему, кроме отношений Кати и Вадима. Из их общения исчезла непринужденность. Теперь коммерческий директор старался держаться от неё подальше, а если случалось общаться по работе, был серьезен и немногословен.

Катино отношение к этому было двояким.

С одной стороны, её устраивал такой официоз – охота закончилась, «зверь» вопреки всем правилам, вырвался за флажки, и теперь держится на безопасном расстоянии.

Но с другой стороны, как всякая женщина, она нуждалась в выяснении отношений. После памятной ночи оно было таким же необходимым, как наконечник на новогоднюю ёлку.

Различие женской и мужской логики не позволяло ей даже предположить, что для Вадима точкой в их ночном приключении стала та записка, которую он оставил на кухонном столе.

– Собственно ничего ведь не произошло, просто две разнополые особи не смогли спариться по причине побочного эффекта химического отравления организма, – утешал она себя. Но память настойчиво подсовывала в мозг картинку тех событий, когда она, вернувшись из ванной в дорогом белье, застала Вадима крепко спящим в её постели. И красная лампочка с сигналом « Вас проигнорировали» всё еще мигала в её сознании.

– Видимо, хорошим человеком я не являюсь,– думала Катя. Потому что ей очень хотелось отомстить Городецкому, сделав какую-нибудь гадость. Но пока она решила отложить это до подходящего случая.

Обида ушла в самый укромный угол её души, и там, свернувшись клубком, ждала своего часа. Она думала, что этот монстр будет тихо сидеть в отведенном ему месте, но приручить зло внутри себя невозможно.

Катя стала плохо спать, совсем перестала получать удовольствие от еды, одежды, и если раньше она долго вертелась перед зеркалом, одеваясь на работу, то теперь её это совсем не волновало. Образ успешного юриста, который она создавала так долго, начал разрушаться. И в этом была виновата она сама. Проще говоря, она приняла яд и наивно полагала, что от этого яда умрет кто-то другой.

После той ночи она начала болезненно воспринимать своё одинокое существование, и никакие методы самовнушения уже не помогали.

Одиночество представлялось ей некой обволакивающей субстанцией с повышенной липучестью. Слой за слоем эта субстанция, как паутина, окутывала всё в её доме. Кате стало казаться, что одиночеством пахнут её вещи, предметы интерьера и всё окружающее пространство. Она живо представляла, что уходя из дома, уносит на себе толстую шубу из одиночества. Постепенно вне дома эта воображаемая шуба растворялась в окружающем мире, и ей становилось легче, но когда Катя возвращалась домой, всё повторялось снова. Перед сном, закрывая глаза, она думала о том, что поверх одеяла её укрывает плотный слой одиночества и утром просыпалась совершенно разбитой и одинокой.

Сашка

Верный своему обещанию Директор, стал постоянным клиентом «Меркурия». Сначала девчонки относились к нему с осторожностью. Он был VIP клиентом, а этот статус обязывал держать дистанцию в отношениях. Но постепенно Наумов сумел завоевать их доверие. Благодаря природной общительности и хорошему отношению к Человечеству, он не обращал внимания на статусное различие в обществе. Он мог без церемоний приехать с подарками «для всех» и провести вечер в «Меркурии», просто сидя в баре за разговорами.

Жизнь Александра Васильевича Наумова кипела, как густой борщ, в ней было много знакомств, связей. Его голова была постоянно занята поиском креативных решений для самых разных задач. Основная масса этих задач касалась бизнеса и получения денег. Он успешно справлялся с этой многозадачностью. Но иногда ему хотелось забыть о своей трудовой деятельности и просто подумать о жизни. Необходимый антураж для размышлений он нашел в баре «Меркурия».

Во второй половине августа в салоне наступило затишье. Состоятельные граждане косяками потянулись в жаркие страны, продлевать короткое лето.

УЕФА, часто жаловавшийся на избыток общения, улетел на дикий остров, чтобы насладиться одиночеством. Свои полномочия он передал Ольге-Стрекозе.

Вечера в салоне Директор проводил без Вадима, тот категорически отказывался посещать заведение после памятного события. И сегодня, сидя в полупустом баре «Меркурия», Директор грустил.