Читаем Горожане солнца полностью

«Яхта!» — выругался опять бортмеханик. Свой ключ он прислонил к двери изнутри: «пусть потужит», сам же налегке пошел вверх. Лестница, оборачивая его вокруг себя, вела медленно. Вдруг скорый бег послышался бортмеханику. Он насторожился и решил спуститься за ключом. Поднял ключ и, бранясь, решительно затопал по лестнице. Поднялся в насосный чердачок, увидел глыбу насоса и сразу стукнул ее ключом, испытывая. Удар попал по колесу, резиновый ремень рассыпался в пепел, но само колесо не двинулось, так как его ржавчина давно срослась с ржавчинами соседних колес. Вид механизма, давно погибшего во сне, разбудил в бортмеханике гнев: «Зря, гонобобель, лез!» Он добавил-бабахнул еще раза два по бессмысленному мотору — столб солнечного дыма, проходившего в люк, забеспокоился. Движение привлекло бортмеханика, и он, поворотясь, с внезапной яростью швырнул ключом по лучу. Ключ исчез в люке, хлопнул, что-то тихо осыпалось. Бортмеханик стоял, ошарашенно глядя вверх. Постепенно гнев уступил досаде на себя. «И что это я», — подумалось ему. Пришлось лезть за ключом по лесенке. Здесь, в огромном солнечном зале с гигантским котлом посреди, бортмеханик пошел вокруг по узенькому проходу, пачкая левый рукав в рыжем кирпиче, правый — в рыжей ржавчине. Нагнувшись, он отыскал ключ и тюкнул для проверки стенку котла, но не услышал эха. Бортмеханик стукнул сильнее. «Не гулок», — удивился он. Мысль, что котел полвека отключенной водокачки полон воды, удивила его. Отложив ключ, бортмеханик по лесенке выбрался на железную поверхность котла. Немного потребовалось времени, чтобы обнаружить люк, ведущий внутрь котла, но — что это? — у люка отсутствовала ручка: начисто спилена! Открыть было невозможно, а ключ, чтобы подцепить люк, остался внизу. Бортмеханика ударил пот. Он осознал, что напрасно и неизвестно зачем залез на самую вершину водокачки. Силы его покинули. И, вяло шевелясь, почти ползком, он спустился, подхватил ключ и навеки покинул башню.

Но если бы ключ не был позабыт и разочарование не сразило бортмеханика на самом пороге тайны, что за небывалое зрелище открылось бы ему! Котел был и правда полон!