Читаем Городская девчонка полностью

— Когда наступила блокада, и Кастро пожелал кое-что припрятать на черный день, наша шхуна идеально подошла для этого, — продолжил Сальзар. — Я был доверенным помощником, и потому лодка не вызвала бы подозрений. К несчастью мы с дедушкой Марии не сошлись во взглядах. Он думал, что нам стоит следовать приказам. А я считал, что нам нужно забрать золото с SovarK2 и не возвращаться больше. Маркос был молчаливым партнером, партнером Энрике, который ничего не знал о настоящем вдохновителе плана. Даже тогда Маркос наслаждался властью, да, Маркос?

В глазах Маркоса стояла тьма. Они сфокусировались на мне и не светились улыбкой. И мне пришло в голову, что Маркос, наверно, еще более безумен, чем Сальзар.

— Мы с Энрике спорили на маленькой рыбацкой шхуне и не очень обращали внимания на управление, и каким-то образом налетели на риф, — продолжил Сальзар. — В лодку стала поступать вода, поэтому я выстрелил деду Марии в голову и оставил умирать. Потом сел в шлюпку, которую мы везли с собой, и понаблюдал, как шхуна идет на дно. Я точно заметил место, где мы были. Достать то, что на шхуне, можно было бы легко. Но лодка не затонула. Дедушка Марии не умер сразу же. Он умудрился увести судно от рифа, оставив меня. Я не понимаю, как он смог сделать это с раненой головой. Полагаю, тяжело раненой. Можете это представить? Я сидел в шлюпке и вынужден был смотреть, как шхуна уплывает от меня.

— Должно быть, вы себя чувствовали очень глупо, — сказала я.

Глаза Сальзара сузились, и я подумала, что меня ударит сейчас, но он взял себя в руки и продолжил.

— Мы долгие годы искали шхуну, но безуспешно. Кто бы мог подумать, что ее занесло так далеко? Когда дед Марии меня бросил, то поплыл в сторону Гаваны. Именно в тех водах я сосредоточил поиски.

— Меня от вас тошнит, — заявила Мария. И снова плюнула в него. На сей раз плевок попал прямо на его идеально вычищенный башмак.

Сальзар выбросил руку и съездил Марию кулаком по подбородку. Ее голова мотнулась в сторону, и в уголке рта показалась струйка крови.

Мария настолько сосредоточилась на своей ненависти к Сальзару, что я не была уверена, почувствовала ли она его удар.

— Так на чем мы остановились? — сказал он, откидываясь снова на сиденье и выдавливая холодную тонкогубую улыбку, глядя на меня. — Ах, да. Золото и SovarK2. Разве не интересно, что все это вернулось ко мне спустя столько лет? Конечно, у меня нет еще SovarK2, но это дело техники. — Он наклонился ко мне. — Где она?

— Э… я не знаю, — ответила я.

Сальзар постучал в тонированное окно, и Рожа открыл дверь.

— Мисс Барнаби и мисс Раффлес сейчас отправляются в гараж, — сообщил Сальзар Роже.

Я пересеклась взглядом с Марией, и она чуть заметно покачала головой. Поездка в гараж не сулила ничего хорошего.

Со скованными за спиной руками нас с Марией препроводили в «линкольн». Там находился шофер. И Мерзкая Рожа. По виду Рожи было похоже, что насчет гаража у него другое мнение. Роже точно не терпелось в нем оказаться.

Когда мы достигли Трейла, много разглядеть ночью не удавалось. Сплошная тьма. Несколько разрозненных прямоугольников света от дома. Несколько зажженных фар от машин, следующих по шоссе в Майами или направлявшихся на юг. Мария не говорила ничего. Ярость оставила ее, и она сползла с сиденья, как будто став меньше, чем я ее помнила.

Трудно отследить время, когда нет часов, но я догадывалась, что мы проехали приблизительно тридцать или сорок минут, прежде чем сбросили скорость и повернули на проселочную дорогу. Спустя, может быть, милю мы достигли места назначения. Меня вытащили из машины, и секунду я озиралась вокруг. Я очутилась на утрамбованном грязном поле, дальше которого стояла высокая трава, и находилось болото. Большое шлакоблочное здание с рифленой металлической крышей примостилось в середине поля. За зданием стоял малышка-вертолет с «Флекс». Рядом с вертолетиком возвышался большой вертолет военного образца. Перед зданием припарковались парочка машин, недалеко от места, где я стояла. Над дверью висел одинокий фонарь. Стайки насекомых бились в свете фонаря и падали замертво. Не очень хороший знак, подумала я. Четыре переносные уборные стояли в другой стороне. Еще один дурной знак.

Здание было довольно большое, чтобы вместить до восьми восемнадцатиколесных грузовиков. Но только один был припаркован позади здания. Пол был залит бетоном, покрыт следами протечек масла, разлитой тормозной жидкости, остатками грязи, собранной, когда здесь обитали машины и грузовики. Плюс ко всему, здесь были пятна, которые я не взялась бы определить.

Окон не было. На дальней стене гудели лопасти, создавая вентиляцию. Над головой светили флуоресцентные лампы. Воздух был сырой и имел металлический привкус. Дверь толстая металлическая. Мощная пожарная дверь. В дальнем конце встроенные две гаражные двери. Тоже мощные. Это был не гараж механика. Скорее склад, укрепленный как бункер.