Читаем Город Воров полностью

Еще в родильной палате, когда Рэнди взял Хейдена на руки в первый раз, я почувствовала, как внутри меня все напрягается от дурного предчувствия. Три недели спустя, сразу после отъезда мамы, я поняла, что боюсь оставаться наедине с собственным мужем. Пока мама гостила в доме, Рэнди всячески нас избегал, и она не уставала делать замечания по этому поводу, желая выразить свое неудовольствие. «Почему он так редко берет ребенка на руки и ведет себя, как будто ему все осточертело? Почему он вечно бесится и дергается как ужаленный? Создается впечатление, что ему противно прикоснуться к собственному сыну!» Оправдывая мужа перед мамой, я старалась оправдать себя.

Потом, в первую ночь после отъезда мамы, я рано легла спать и вдруг проснулась и увидела сидящего в спальне Рэнди с Хейденом на руках. Муж смотрел на меня, сердито насупившись, почти со злобой и странным вожделением. Тяжелые веки никак не открывались, и до Рэнди еще не дошло, что я просыпаюсь. Он наклонился к малышу и стал что-то нашептывать ему на ухо, но я не могла разобрать слов и только видела лицо мужа, который смотрел на Хейдена, как на свою собственность, и в его взгляде светилась воинственная алчность, а не родительская гордость. Сын казался таким беззащитным и крошечным в огромных мускулистых ручищах Рэнди, совершенно не приспособленных, чтобы держать это хрупкое создание, не повредив его. Я сделала вид, будто только что проснулась, и, сладко зевнув, потянулась. Рэнди тут же сменил выражение лица, и я последовала его примеру, стараясь, чтобы муж ничего не заподозрил.

* * *

Утром 14 августа муж ушел из дома на рассвете, даже не приняв душ, чего с ним прежде никогда не бывало. По скомканным простыням я поняла, что он провел бессонную ночь. Рэнди сказал, что идет по делам, и прежде чем я успела спросить, когда он вернется, захлопнул за собой дверь. В то утро меня мучили пульсирующая головная боль и ощущение, что я спала слишком глубоко. Мысли разбегались в разные стороны, и я всерьез задумалась о раннем уходе мужа только после того, как приняла душ и приступила ко второй чашке крепкого кофе. Потом я покормила Хейдена и уложила в кроватку, чтобы он еще немного подремал. Убедившись, что детский монитор находится в кармане, я спустилась вниз.

Прежде чем взять с прикроватной тумбочки стакан с остатками воды и поставить в посудомоечную машину, я почему-то стала внимательно рассматривать его на свету, поворачивая в разные стороны. Вечером, перед сном, Рэнди принес мне стакан воды, и я поняла, что ищу в нем осадок. Господи, какой осадок? А если найду, то разве узнаю, что это такое? Неужели я всерьез решила, что муж: хочет меня отравить? Когда в голову приходят такие дикие фантазии, самое время обратиться за консультацией к психиатру.

Рэнди вернулся домой после полудня, когда обычно заканчивается перерыв на обед. Я приготовила на гриле бутерброды с тунцом и уже взяла поднос, чтобы предложить мужу поесть, и тут увидела, как он выглядит. На Рэнди был надет синий дождевик с капюшоном, но, несмотря на это, он насквозь промок, и струйки воды стекали с одежды на пол прихожей. Когда он, не говоря ни слова, прошел мимо, было слышно, как в ботинках хлюпает вода.

— Ты везде разносишь грязь! — заорала я, чувствуя, что срываюсь на истеричный визг, но остановиться уже не могла. За последние пять месяцев я превратилась в настоящую мегеру, и это стало единственным оружием против безразличия и раздражительности мужа.

Ответа не последовало — только громко хлопнула дверь, а затем в душе полилась вода. В раздражении я подняла руки к потолку, собираясь разразиться очередной тирадой, но, вспомнив, что рядом никого нет, бессильно опустила их вниз. Подойдя к основанию лестницы, я обнаружила, что дело оказалось гораздо хуже, чем думалось поначалу. Повсюду валялись клочья мокрой травы, скользкие стебли и листья каких-то растений, комья земли и грязи.

— Рэнди, черт тебя побери!

Сгорая от злости, я бросилась наверх и по пути заглянула на секунду в детскую. Хейден не спал, но лежал тихо, с интересом наблюдая за подвижной моделью космического корабля, который вертелся над кроваткой. Грязные следы вели в спальню. Через закрытую дверь ванной слышался шум включенной на полную мощность воды. Я распахнула дверь настежь, хотя знала, что Рэнди ненавидит любое вторжение в свою «частную жизнь» и непременно обрушится на меня с самыми обидными оскорблениями. Но гнев затуманил рассудок, и я думала лишь о том, что затрачу не один час на уборку и чистку ковров.