Читаем Город Воров полностью

До середины интервью Дженнифер Маклин с одиннадцатого канала вела себя вежливо и сдержанно, а потом неожиданно подложила мне свинью. Я-то до самого последнего момента думала, что все идет хорошо.

Два дня супруги Роу тщательно готовили меня к интервью, задавали вопросы, на которые, по их мнению, придется отвечать, и редактировали ответы. Люди не должны думать, что я оправдываюсь или говорю неискренне. Кэролайн и Дуэйн считали, что мое публичное выступление станет ответом на голословные обвинения и впоследствии сыграет исключительно важную роль в восстановлении доброго имени. Они предоставили в мое распоряжение закрытую заднюю веранду своего жилого дома на ферме, который находится к западу от Рэли, в сорока минутах езды от моего дома. Оттуда открывался живописный вид на холмистую сельскую местность, и никто не мешал мне записывать на пленку варианты ответов на предполагаемые вопросы. Я не собиралась пускать репортеров с камерами к себе домой, и пока они не досаждали и держались в стороне. Вероятно, выжидали и хотели посмотреть, вызовет ли моя история широкий интерес у публики, какие получит рейтинги и отклики на сайте. Какими бы ни были их мотивы, я не хотела впутывать сюда Хейдена. Мы запланировали интервью на понедельник, после двенадцати дня, когда сын еще будет в школе.

Дуэйн и Кэролайн взяли на себя все организационные вопросы, и я уже чувствовала себя обязанной и со страхом думала о том, что во многом завишу от этих людей. Действительно, только им я могла рассказать о своих переживаниях. До недавнего времени я сама не понимала, как для меня важно перед кем-нибудь выговориться.

Маклин и ее команда приехали к назначенному времени и в течение часа устанавливали аппаратуру, маневрируя между огромными кадками с пальмами и вазонами с цветущими кактусами, стараясь не задеть замысловатые оросительные установки и сложную систему освещения. Стены веранды были стеклянными, и она напоминала огромный террариум, а сама Кэролайн называла ее «мой кусочек Флориды». В другое время дар Кэролайн разводить экзотические растения, обходившийся в немалые деньги, произвел бы на меня огромное впечатление, но тут подошел оператор и спросил, не хочу ли я подкрасить лицо. Решить этот вопрос самостоятельно было не под силу, и я бросила вопросительный взгляд в сторону мистера Роу.

— Может быть, стоит немного подрумянить щеки? При этом освещении вы выглядите бледнее, чем на самом деле, — деликатно заметил Дуэйн, и я поняла, что похожа на выходца с того света.

Кто-то из коллег спросил Дженнифер Маклин о супругах Роу. Они решили, что Кэролайн и Дуэйн — мои агенты по связям с общественностью или адвокаты.

— Они частные детективы, — неуверенно ответила Маклин. — Их позиция мне пока не ясна.

В этом мы с ней были солидарны.

Потом нас усадили за стол со стеклянной столешницей, установив одну камеру за спиной у Маклин, а вторую — сзади меня, чтобы все могли видеть наши лица. Дженнифер начала с краткого вступления, вероятно, подготовленного дома. Мне показалось, что журналистка хочет посмотреть на мою реакцию. Супруги Роу предвидели такой оборот событий и подготовили меня должным образом, поэтому я сумела с безучастным видом выслушать заявление журналистки, ничем не выдав своих чувств.

— Рэндол Роберте Мосли, по кличке Странный Убийца, как называли его в печати из-за привычки по-особому уродовать тела своих жертв, почти десять лет терроризировал огромную территорию на Западе и Среднем Западе страны. В период с 1988 по 2000 год он убил не менее двенадцати человек, но, возможно, жертв гораздо больше. В конце концов Мосли схватили в его собственном доме, в Эль-Рее, штат Калифорния, отчасти благодаря информации, которую сообщила властям его жена, прожившая с ним четыре года. Мосли был осужден в 2001 году и сейчас находится в Калифорнийской тюрьме, в камере смертников, и ждет, когда приговор приведут в исполнение. Как сообщалось на прошлой неделе в программе новостей пятого канала, бывшая жена Мосли последние шесть лет проживает в районе Треугольника, занимает престижную должность и растит сына убийцы, которому на момент ареста отца исполнилось полгода. Нина Мосли в законном порядке поменяла имя и полностью порвала с прошлой жизнью. Ее разоблачил Чарльз Притчет, отец Кэрри Притчет, ставшей одной из жертв Мосли.

Маклин отвела взгляд от камеры и улыбнулась мне. Я наблюдала ее на экране телевизора в течение многих лет и знала, что она считается хорошим профессионалом с отличными деловыми качествами. Камера представляла в самом выгодном свете серьезные манеры, проницательный взгляд и гладкие, как у младенца, щечки Дженнифер.

— Во время интервью с мистером Притчетом я спросила, почему по прошествии стольких лет он хочет, чтобы все узнали, кто вы такая. Ведь вы просто пытаетесь наладить свою жизнь, что сделал бы каждый из нас, пережив такое страшное испытание. Какими, по вашему мнению, мотивами он руководствуется?