Во время беременности я прочла множество книг в мягких обложках, где во всех деталях описывались жуткие подробности преступлений, которые были совершены в действительности. Я обнаружила их в ящике в кабинете Рэнди и, начав читать, не могла оторваться. Во всех этих книгах говорилось о генетической предрасположенности к психическим заболеваниям. Многие больные психозами люди росли в неблагополучных семьях, и адвокаты на судебных процессах всегда пытались представить этот факт как смягчающее обстоятельство. Ужасная обстановка в семье, сексуальные извращения, издевательства и побои деспотичной матери или пьяницы отца — все это, разумеется, разрушает психику юного существа. Однако авторы документальных книг о преступлениях при каждом удобном случае напоминали читателям, что это только подтверждает теорию об изначальной порочности психики преступника. Такие люди не в состоянии сдерживать свои желания, и в голове у них звучат голоса, толкающие на преступления. Они не могут противостоять диким фантазиям и жутким видениям, случающимся, впрочем, и у людей с нормальной, здоровой психикой, которые способны держать их в узде.

Среди ранних признаков психических отклонений упоминались склонность к поджигательству, ночное недержание мочи и издевательство над мелкими животными. Хейден до сих пор время от времени мочится в постель, хотя эта проблема давно должна была исчезнуть. Насколько я знаю, ни одно из обитающих по соседству животных пока не исчезло. А вдруг это все-таки произойдет? Что я тогда почувствую, глядя на сына? Неужели увижу крах всех своих надежд?

Эхо далеких выстрелов, прозвучавших во дворе нашего дома в Эль-Рее, сгорающие от любопытства соседи, толпа полицейских… Я прижимаю к себе маленького Хейдена и кричу от страха. Неужели отголоски тех кровавых событий будут преследовать сына всю жизнь?

Глава 6

Мы валяемся в кровати в его квартире. На нем футболка и трусы, а на мне — только одна его футболка. Тогда-то я впервые и увидела эту фотографию. Только что завершился наш первый полноценный сексуальный опыт. На трех предыдущих свиданиях дальше неуклюжей возни и тисканья дело не зашло, но сегодня вечером я выпила много вина, и сдерживать свои чувства было бы несправедливо по отношению к нам обоим. Мы испытывали неловкость, как обычно и бывает при первой близости. Я уткнулась ему в плечо, да гак и пролежала, пока все не закончилось. Мы даже не смотрели в лицо друг другу, но все равно были по-настоящему близки и чувствовали себя превосходно. Мой партнер пообещал, что в следующий раз будет намного лучше, а я его утешила, сказав, что лучше и быть не может. Словом, мы говорили все, что полагается в таких случаях, с одной только разницей, что этот парень мне действительно очень нравился, и, кажется, я ему тоже. Мы оба понимали, что эта ночь не останется единственной в нашей жизни, а положит начало длинной череде ночей, которые ждут нас в будущем. От этого на душе вдруг стало удивительно легко и спокойно, и даже обычная при первом любовном эксперименте неловкость быстро прошла, незаметно перелившись в легкую, ненавязчивую беседу, для которой не требовалось никаких усилий, так как мы оба втайне радовались, что первая ночь не принесла неожиданных разочарований.

Он жил один, что в нашем маленьком уютном студенческом городке было не совсем обычно для двадцатитрехлетнего парня. У большинства ребят его возраста имелись соседи по комнате — не потому, что так дешевле, а просто ради компании. Мы с подругами считали, что мужчины, в силу своих психологических особенностей, не могут жить в одиночестве. Им обязательно нужное кем-нибудь потрепаться о разной ерунде, иначе они начинают пить, употреблять наркотики или вообще выживают из ума. Рэнди не только прекрасно справлялся с одиночеством, но и не терял времени даром, используя его для собственного развития и самосовершенствования, в чем, безусловно, преуспел. В службе по подбору кадров таких людей называют «инициативными и предприимчивыми». Его опрятная квартира с газовым камином и стенами, украшенными хорошими репродукциями морских и сельских пейзажей с картин импрессионистов, была обставлена по моде, но без декадентских потуг. Рэнди бросил учебу, но не из-за того, что завалил экзамены. Просто мой будущий муж начал работать в международной химической компании «Джексон энд Лиллиард», региональный офис которой находится в Олбани, в часе езды от нашего студенческого городка Корваллис. Компания предложила Рэнди штатную должность и зарплату, от которой не отказался бы любой здравомыслящий молодой человек его возраста. Вот какой редкой удачей закончилась обычная практическая подготовка, за которую работнику не платят денег. На наставника, к которому прикрепили Рэнди, его энергичность и беззаветная преданность работе произвели огромное впечатление. Парень трудился, не жалея ни сил, ни времени.

Рэнди всегда умел произвести сильное впечатление.