Читаем Город страха полностью

Огр опустил голову, фыркнул и чуть ли не пожал плечами. Хотя это, может, у него холка дрогнула из-за попавшего в шерсть насекомого или травинки. Они молча пошли в сторону дома. Постепенно открылась картина отдельного хутора: жилой дом, два смежных сарая или чего-то на них похожего. Чуть поодаль несколько теплиц со снятой с каркаса пленкой, а ближе к лесу два валявшихся на боку улья. Антон опасливо повел головой и в самом деле увидел неподалеку на цветке пчелу.

По тому, как Огр весь подобрался, Антон догадался, что за углом дома кто-то есть, человек.

Антон сделал несколько шагов и увидел мужчину лет сорока, который сидел на перевернутом вверх дном старом ржавом баке и смотрел в землю. И даже не по рабочей одежде, а по тому, как бессильно опущены руки, Антон понял, что у него беда. А может, и не беда, а хуже – полная безысходность. Однако разговор надо как-то начинать.

– Здорово, хозяин, – приветливо сказал Антон, осматриваясь по сторонам. – Строишься? Хорошее место, вид замечательный на скалы, на реку…

– Да пош-шел ты! – прорычал вдруг мужик и вскочил на ноги. – Глумиться пришел? Контролировать? Добились своего, сволочи! Чего тебе еще надо?

Огр с некоторым недоумением уставился на хозяина хутора и на всякий случай зарычал, оскалив желтые огромные клыки. Слабоват он, конечно, против кавказской овчарки, которая в горах стада пасет и волков рвет. Рыкну я, пожалуй, на всякий случай, чтобы не забывался этот незнакомец.

– Эй-эй, ты что, – запротестовал Антон и чуть попятился назад. – Я же только спросить хотел…

Но человек его реакцию, видимо, воспринял как слабость, как испуг. И это придало ему сил. А может, накопилось в нем ненависти, злобы столько, что начал человек контроль над собой терять. И сейчас он схватил с земли обломок черенка лопаты и развернулся к гостю всем телом со зверским выражением лица. Ни собаки он не боялся, ни молодого крепкого незнакомца.

– Да стой ты! – закричал Антон, пятясь назад. – Я приезжий! Огр, фу! Назад!

Огр и не подумал слушаться. Наверняка он решил, что Антон сам не понимает всей опасности, выкрикивая такие неуместные команды. Какое на фиг «фу», когда в руках у этого типа палка. Вы, люди, хоть понимаете, что такое палка? Да это самая ненавистная вещь в глазах любой собаки. Да будь моя воля, я бы сейчас эту руку с палкой так хватанул зубами, что…

Но мужик, кажется, все же одумался, а может, размеры овчарки остудили. Да и вид оскаленных клыков впечатлял. Мужик посмотрел на гостя, на собаку, а потом со всего размаху ахнул черенком в стену дома и снова опустился на свой бак. Так опустился, как будто у него никаких сил совсем не осталось. Ни стоять, ни сопротивляться, ни жить.

Антон это сразу понял. Наверное, понял и Огр, потому что шерсть на его загривке стала опускаться, и зубы он перестал скалить, все еще недобро глядя на человека. Антон подошел, потрепал собаку по голове и чуть оттолкнул в сторону. Точнее, попытался оттолкнуть, потому что сдвинуть с места эту тушу весом килограммов шестьдесят-семьдесят непросто. Особенно когда туша этого не хочет.

– У вас что-то случилось, – начал разговор Антон. – Вы извините, я, наверное, не вовремя. И я представления не имею, что тут у вас творится. Я просто гулял с собакой…

– Дожимать ты меня пришел с собакой, – с болью в голосе сказал мужчина. – Я что, не понял? Вы мне все доходчиво объяснили. Вон, смотри! Дом пустой, ульи вывез, теплицы разбираю. Год пропал, долги не выплачены… Только вам на людей ведь наплевать.

– Я не тот, за кого вы меня принимаете, – напомнил Антон, – я просто…

– Не тот, вот и иди… Гуляй! Заодно скажи, что я теперь покладистый.

Он встал и ушел в дом, громко хлопнув дверью, отчего в окнах задрожали стекла. Огр отреагировал на это странно. Он зевнул в голос, блеснув слюнявыми клыками, и улегся на траву с видом челове… пардон, собаки, выполнившей свой долг. Ушел, и пусть. А то стоит, орет, палками машет!

– Ладно, пойдем отсюда, – позвал Антон собаку.

Огр посмотрел на него с крайним удивлением. Чего же уходить, когда мы всех разогнали? Самое первое дело пройтись, осмотреть все, обнюхать. Тебе неинтересно, ты можешь не ходить, а я‑то…

– Пошли, чего развалился! – прикрикнул Антон. – Видишь, тут все непросто. Беда у человека. Неадекватен он.

Вот тебе и жизнь на красивых берегах реки, думал Антон, поглядывая, как за ним плетется недовольный пес. Из слов, в запале брошенных этим человеком, можно сделать вывод, что его в самом деле согнали с обжитого места. Ладно, выясним. Теплицы, ульи – не у каждого в пригородах такое хозяйство. Кому-то еще приглянулись берега…