Читаем Город стекла полностью

— Уже почти стемнело, — напомнила Клэри. — Мы обещали Люку и Аматис, что вернемся до захода солнца.

— Я тебя провожу, — сказал Джейс. — Саймон дорогу в темноте сам найдет. Правда, Саймон?

— Разумеется, найдет! — с негодованием произнес Алек, как будто решивший загладить вину за недостойное поведение. — Он же вампир, и до меня только дошло, что ты, похоже, шутишь. Не обращай внимания.

Саймон улыбнулся. Клэри раскрыла рот, чтобы снова высказать несогласие, — и тут же закрыла его, поняв, что отчасти поступает неразумно. И отчасти — потому что заметила взгляд, которым Джейс мимо нее смотрел на Саймона. В этом взгляде читалось изумление вперемешку с благодарностью и — ничего себе! — толикой уважения. Потому-то, пораженная, Клэри и не решилась говорить.

* * *

Дорога от нового дома Лайтвудов до Аматис вышла короткой. Лучше бы времени ушло больше. Казалось, бесценно каждое мгновение, проведенное с Джейсом. Словно стоит расстаться, и новой встречи не будет.

Клэри искоса глянула на брата. Тот смотрел прямо перед собой, будто шел по улице один. В резком свете ведьминых огней линии его профиля выглядели четко очерченными; локоны вились у висков, не скрывая шрама-знака; на шее поблескивала цепочка с кольцом Моргенштернов. Бинтов на левой руке не было, и Клэри заметила царапины на костяшках. Так значит, Джейс послушал Алека и лечится, как примитивный?

Она вздрогнула, и Джейс спросил:

— Холодно?

— Так, задумалась: почему Валентин убил именно Инквизитора? Инквизитор — нефилим, а Люк — нежить. К тому же у Валентина с Люком личные счеты.

— В каком-то смысле Валентин уважает Люка, — возразил Джейс, и Клэри вспомнила, как он смотрел на Саймона. Она постаралась выбросить из головы эти мысли, потому что ненавидела сравнивать Джейса с Валентином, пусть даже в такой мелочи, как взгляд. — Люк хочет заставить Конклав думать иначе, того же добивается Валентин, хотя цели у них… не совсем одинаковые. Люк — бунтарь, жаждет перемен. Инквизитор для Валентина представлял старый, толстокожий Конклав, и от него предстояло избавиться.

— Когда-то эти двое дружили. Люк и Валентин.

— И они разошлись, чтобы не встретиться вновь[16]. — Судя по насмешливой интонации, Джейс кого-то цитировал. — К несчастью, именно тех, кто был нам некогда дорог, мы ненавидим больше всего. Спорю, Валентин приготовил для Люка нечто особенное. Преподнесет сюрприз, когда добьется власти.

— Он не придет к власти, — сказала Клэри, а когда Джейс не ответил, добавила повышенным тоном: — Валентин не победит… не сумеет. Ему на самом деле не нужна война против нефилимов и нежити.

— Почему ты решила, будто нефилимы станут биться с нежитью? — Джейс по-прежнему не глядел на Клэри. Он шагал, плотно сжав челюсти и отвернувшись к воде в канале. — Люк сказал? Он идеалист.

— Разве союз — это плохо?

— Нет, просто сам я не такой. — Клэри ощутила холодный укол в сердце, услышав пустоту в голосе брата. Отчаяние, гнев, ненависть — качества демонов. Джейс примеряет их на себя вместе с ролью чудовища.

У дома Аматис Клэри остановилась и посмотрела на Джейса:

— Может быть. Но ты не Валентин и не похож на него.

От этих слов — или от уверенности Клэри — Джейс вздрогнул и обернулся. Посмотрел на сестру впервые с тех пор, как они покинули дом Лайтвудов.

— Клэри… — начал было он и замолчал на вздохе. — У тебя кровь на рукаве. Ты поранилась?

Он взял ее за руку, и Клэри с удивлением обнаружила на рукаве плаща алое пятно неправильной формы. Действительно кровь… Разве она не темнеет со временем?

— Это не моя, — нахмурилась Клэри.

Джейс немного расслабился и разжал пальцы у нее на запястье:

— Чья тогда? Инквизитора?

Клэри покачала головой:

— Себастьяна.

— Себастьяна?

— Помнишь, он приходил за мной в Зал? У него на шее были царапины — видимо, Изабель задела ногтями, — и, похоже, кровь из них попала мне на рукав. Я думала, Аматис простирнула плащ… оказывается, нет.

Джейс неожиданно долго держал руку Клэри, изучая пятнышко. Потом все же выпустил.

— Спасибо. — Клэри какое-то время смотрела на брата, потом, покачав головой, спросила: — Что это значит, ты, конечно, не скажешь?

— Ни за что.

Клэри устало вскинула руки и попрощалась:

— Все, я в дом. Увидимся позже.

Поднялась по ступенькам крыльца и, разумеется, не увидела, как Джейс, глядя ей вслед, перестал улыбаться. Дверь закрылась, но он еще долго стоял в темноте перед домом, вертя в пальцах ниточку.

* * *

— Изабель! — позвал Саймон. Он постучался в несколько дверей, и только крик «Убирайся!» подсказал, какая из них ведет в спальню Иззи. — Изабель, впусти.

В дверь что-то ударилось. Видимо, запущенная рукой Изабель туфля.

— Видеть не хочу — ни тебя, ни Клэри! Уходи, Саймон!

— Клэри со мной нет. И я не уйду, пока не поговорю с тобой.

— Алек! Джейс! Уведите его!

Саймон выждал некоторое время, но шагов на лестнице не услышал. Алек либо ушел из дому, либо затаился где-то, предпочитая не вмешиваться.

— Их тут нет, Изабель. Я один.

После недолгой паузы Изабель заговорила вновь. На сей раз ее голос звучал ближе, как будто девушка подошла к самой двери.

— Ты точно один?

— Один, один.