Читаем Город наверху полностью

– Я скажу своим людям, – сказал Лоди. – Им будет легче драться, если они будут знать. Мы сидим здесь пятый день и ждем, когда нас передушат. Потому что нам некуда было уйти.

– Лоди сказал, что направит часть людей наверх, чтобы ударить по стражникам сзади. А что, если всем уйти тем же путем? – спросил Крони.

– Зови всех старших групп сюда, Лоди. Мы посоветуемся.

Но сделать этого не удалось.

Накатываясь из темноты дальних коридоров, заполняя узкие трубы туннелей, рассыпаясь по площадям, загремели выстрелы. Стража пошла на штурм города Предков.

Крони спрятался за низкой баррикадой и старался стрелять по вспышкам выстрелов.

За поворотом слышны были крики. Блики света выплескивались из-за угла, словно из открытой дверцы печи. Там стража устанавливала прожектор. Знакомая Крони растрепанная девчонка подбежала к нему, пригибаясь, чтобы не высовываться из-за баррикады.

– Здравствуй, – узнал ее Крони. – Ты тоже сбежала?

– Они решили, что я дурочка, – сказала она с гордостью.

С первых минут боя выяснилось преимущество стражников – они были обучены владеть оружием и знали, как вести себя в облавах. Восставшие стреляли плохо и легко впадали в панику.

Баррикаду в боковом проходе закончить не успели – гряда каменных глыб не доставала до пояса и в ней зияли бреши. Прожектор полосовал по камням, слепя растерянных защитников. Лоди сидел, скорчившись в нише и придерживая левой рукой окровавленную правую.

Он сморщился под светом фонарика Крони.

– Тебя перевязать надо, – сказал Крони.

– Некогда. Да и нечем. Слышишь?

Кто-то заунывно стонал в темноте, словно пел молитву.

– Ты не можешь разбить прожектор?

– Мой бластер не поможет, – сказал Крони. – У вас есть что-нибудь покрупнее?

– Погляди там.

Лоди показал на открытую дверь в комнату. Крони заглянул туда. В комнате было свалено найденное оружие. Стояли ящики с патронами. Горбун возвышался над арсеналом, примеряя по руке тесак.

– А, трубарь, – сказал он, ухмыльнувшись при виде Крони. – Ты такой же трубарь, как я…

– Погоди, – сказал Крони. – Лучше помоги мне отыскать что нужно. Сними светильник с полки.

Горбун подчинился.

– Значит, пожалели тебя? – спросил он, приближая светильник к груде оружия.

– Это я жалею, что не пристрелил твоего техника.

– Ты техника не тронь, – сказал горбун. – Он из моего квартала.

– Сбежал твой техник. Он человек Мокрицы. Крепче светильник держи. Не веришь, спроси у Лоди. Или у инженера.

– Еще неизвестно, кто чей человек, – сказал горбун. – Я техника знаю. Он давно с нами. А ты только пришел. – Горбуну не хотелось верить. Поверить – значило усомниться в собственном умении оценивать людей.

Крони отыскал ружье большого калибра. Оно было заряжено. Может, подойдет.

– Помоги тащить, – приказал Крони.

Горбун подчинился, подхватил ружье за тяжелые сошники.

Прожектор светил в глаза, как солнце. Но здесь никто, кроме Крони, не видел солнца.

Крони выстрелил в самый центр солнца, и оно вспыхнуло еще ярче, разлетаясь осколками по стенам туннеля, и центр его еще несколько мгновений светился красным тускнеющим светом, будто там умирал короткий огненный червь.

Крони стрелял еще и еще. И откуда-то из-за камней появились другие защитники баррикады, – по вспышкам выстрелов понятно было, что их не меньше десяти. Потом стражники перестали стрелять.

Крони оставил тяжелое ружье у баррикады, а сам отполз к Лоди.

– Это ты? – спросил Лоди. – Рука болит. Удивительно, сначала только горячо было, а теперь болит.

– Он потерял много крови, – сказала Анита, увидев на экране выхваченное фонариком из темноты потное и бледное лицо Лоди.

Лоди продолжал:

– Мои люди должны уже давно подняться и зайти сзади. Если с ними что-то случилось, нам не выбраться отсюда. Стражники прижимают нас к засаде. Тут мы еще держимся, но от Рази прибегал человек, говорит, что им приходится отходить.

– Тогда я потащу ружье туда, – сказал Крони. – Может, оно там нужнее?

– Подожди немного. У инженера больше людей. И у него шахтеры, они лучше обращаются с оружием. Где наши?

В туннеле было тихо. Только трудно дышать от дыма и пыли. Кто-то надрывно кашлял в темноте.

– Не нравится мне эта тишина, – сказал Круминьш. – Погляди, Крони.

Крони понял, что неприятное предчувствие, владевшее им, беспокоило и Круминьша.

Крони пригнулся за баррикадой, отставил на вытянутую руку фонарь и зажег его. Луч фонаря был яркий и почти не рассеивался.

Круминьш был прав. Совсем рядом – можно разглядеть оскаленные в напряжении зубы – луч натолкнулся на лицо стражника.

– Стреляйте! – закричал Крони. – Стреляйте!

И попытался нашарить на земле тяжелое ружье. Но не нашел. А пока вытаскивал бластер, стражники уже достигли баррикады.

Потом была свалка, выстрелы. Тяжелое тело навалилось, душа, Крони отбивался, успел раз выстрелить из бластера и вырвался из цепких рук, но забыл, где же его фонарь, оказался бессилен и прижался к стене, стараясь сообразить, где свои, а где чужие, но по хрипу, крикам и ударам ничего нельзя было понять.

– Крони! – окликнул его Круминьш. – Очки!

– Какие очки?

– У тебя есть очки, через которые ты можешь видеть в темноте. Они в поясе. Если ты не потерял их.