Читаем Город, которого нет 3 полностью

Зеркало Тани находилось сейчас в душевой, проведённой в теплицу. Там она призвала свои параметры.

Выдохнула.

— Ты уверен? — спросила она.

— Шеф говорит, очаг совсем рядом с офисом. Нужно ехать.

— Тип кризиса не изменился. Время тоже.

— Я уже проверил, моё время смерти тоже не поменялось.

— Фух… ну раз так, иди спасай мир, герой. А я буду твоим верным оруженосцем. На принцессу я уже не тяну, на ведьму — ещё не тяну, хе.

Она включила вчерашнюю песню и поставила греться чайник.

— У меня, наверное, времени на это не будет. Уже зову такси.

— Так ты вызывай. На этом круге ты его будешь до-олго ждать. Кстати, пока я делаю тебе чай, как насчёт повторить то кофе? — глаза девушки заблестели, а взгляд приобрёл умоляющие черты.

Я набрал службу такси и стал ждать, когда перезвонит оператор.

— А что не так с таксистами на этом круге?

— Да ничего. Таксисты из простого народа. То есть из первых кандидатов на убой, которых никому не жалко. Так выйдешь на работу, а потом квартиру продашь, чтобы людоловы не принесли тебя в жертву богу крови за чрезмерную бедность.

В голосе девушки под конец этой речи появились нотки холодной ненависти. Это была её главная негативная черта, пожалуй — когда она видела что-то, что считала несправедливостью, начинала немного напоминать ту же Сашу в режиме берсерка.

Я включил на её телефоне вчерашнюю песню, под которую мы так сладко заснули.

Поутру она звучала совершенно иначе.

— Твоя любимая? — перевёл я тему.

— Сейчас да. Это про «Мир в рассвете». Романтика, но ты должен как-нибудь почитать. Парень и девушка из разных миров и их отношения. Напомни потом поискать книгу.

— Окей… — я взял трубку от службы такси и узнал, что машина будет действительно через минут двадцать, и только потому, что я очень щедрый пассажир и оплачу услуги.

— Ладно, расскажи в двух словах ещё, что делать, если я таки встречу богов хаоса.

— Ну, начнём с того, что такие твари обитают на эхо свыше ста пятидесяти. Ну а испугалась я так потому, что они могут повредить рассудок. А это, как ты знаешь, может быть неизлечимо.

— Как именно?

— Влияние хаоса для каждого индивидуально. Оно срывает цепи с самых тайных твоих желаний и превращает в психа, которому плевать на вчерашний и завтрашний день. У них своя извращённая мораль и асоциальное поведение. Да что там… на Сашу свою посмотри. Всё же видно.

— Учту. А что по монстрам?

— Тут полное разнообразие. Это же хаос. Напиши мне, когда увидишь что-то конкретное, я расскажу, что знаю. Но в моих записях только то, что видели мои предшественники с этой способностью. Ну и сама несколько раз попадалась.

Водитель такси оказался, неожиданно, невысокой старушкой лет восьмидесяти. Причём дымящей как паровоз. Одно хорошо, машина была с какой-то местной системой очистки, так что вонь быстро превратилась в стойкий запах прокуренного салона, дым уже просто въелся в обивку сидений

— Что с такси такая беда? — спросил я.

— Так ясно что, кровопивцы поймают и на алтарь. Твои три сотни не стоят тех пяти косарей, что ты им отдашь.

Я кивнул. Но разговор на этом не стих. Старушка оказалась на редкость разговорчивой:

— А ты поди из блатных, раз без страха ездишь.

— Да нет, простой офисный труженик. Блатные разве ездят в такую рань?

— Да, тут ты прав… неужто работа?

— Она самая. Начальство разбудило, говорит, срочно надо.

— А-а… и стоит оно того? Или начальство отмажет ежели что?

— Может, и отмажет, — кивнул я.

— Эх… а у меня сына так поймали средь бела дня. Теперь внуков не выпускаю, как бы и их не похитили. Мать их тоже что-то пропала. Она конечно непутёвая совсем, но семью бы не бросила… — старушка тяжело вздохнула. — Вот приходится самой семью кормить.

— А пенсии?

— Отменены его мудрейшеством Зерусом, — скривилась старуха. — Мы для них обуза. Ритуал не берёт стариков. Хотя… детей раньше тоже вроде как не брал, а они всё возраст понижают, нелюди…

Мда. Фашизма я пока что здесь не вижу, но совершенно античеловеческую шайку бандитов под видом культистов — вижу хорошо.

— Скоро выборы, если не ошибаюсь?

— А толку, если жрецы выйти из дома никому не дадут? Проголосует полтора старика под дулом пистолета, два голодных бомжа за кило гречки и пара миллионов мёртвых душ, которые только на бумаге и есть…

— Не волнуйтесь, скоро всё будет хорошо, — пообещал я и про себя добавил: не в этом круге, так в следующем.

— Скажи, парень, а ты ведь из конторских? Госслужащий получается?

— Стажёр я, подневольный. Самого недавно чуть на алтарь не потащили. Мент чудом спас, напомнив про бумаги.

— Это да… повезло тебе. Так я это, чего интересуюсь. Может, поищешь как-нибудь невестку мою? Знать бы хоть, жива, или на алтаре давно…

— Как зовут-то её?

— Варя она… Варвара Луричева.

Я от неожиданности обернулся.

— Луричева?

— Да… а что, знаешь чего?

— Нет, знаю девушку с такой фамилией. У вас родственницы Анны нет?

Бабка дёрнулась, чуть не свернув в столб и перекрестилась. Затем ещё больше побелела, поняв что сделала.

— Да никому я не скажу, — отмахнулся я. За проявления веры любых других культов алашаниты несли на алтарь, не глядя на пол и возраст. — Что не так с Аней?