Читаем Город, которого нет полностью

Город, которого нет

Первая часть этой книги была опубликована в сборнике «Красное и белое». На литературном конкурсе «Арсис-2015» имени В. А. Рождественского, который прошёл в Тихвине в октябре 2015 года, очерк «Город, которого нет» признан лучшим в номинации «Публицистика». В книге публикуются также небольшой очерк о современном Тихвине: «Город, который есть» и подборка стихов «Город моей судьбы». Книга иллюстрирована фотографиями дореволюционного и современного периодов из личного архива автора.

Сергей Виноградов

Биографии и Мемуары / Документальное18+

Город, которого нет

Ностальгические заметки из советской жизни

Сергей Виноградов


Фотограф: Сергей Петрович Виноградов

Фотограф: Ольга Сергеевна Виноградова

Фотограф: Лидия Сергеевна Виноградова

Фотограф: Александр Александрович Виноградов


Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие ко второму, исправленному и дополненному изданию

Публикуя первую часть этих ностальгических заметок в своём предыдущем сборнике «Красное и белое», я и не предполагал, что они вызовут интерес не только у моего внука, но и у куда большего круга людей, особенно тех, кто ещё помнит старый Тихвин и также ностальгически, как и я, вспоминает свои годы, проведённые вместе с ним. Поэтому решение продолжить и по возможности завершить свои детские воспоминания в одной книге, было отнюдь не спонтанным. Помню, как я начинал их писать. Это был 2006 год. Год, когда в нашей семье появился Саша, Шурик, Александр, мой единственный и любимый внук. Когда-то в моей детской жизни уже был маленький мальчик с таким же именем – это мой брат. Когда мне не было ещё и трёх лет, этот мальчик ушёл, оставив меня на долгие годы единственным ребёнком у мамы и папы.

И вот в год моего пятидесяти пятилетия я навсегда стал «дедей», дедушкой, дедом. Совсем скоро моему внуку будет уже десять! Самый возраст, когда уже вполне осмысленно начинаешь познавать окружающий мир. Ещё тогда, десятилетие назад, я решил, что одной из первых книжек, которые он обязательно должен прочитать, должна стать и эта тогда ещё даже не написанная. Скажу откровенно, писалась она тяжело, часто урывками, под настроение. Приходилось долго и напряжённо ворошить собственную память, чтобы не упустить главное, более важное за чередой интересных, но менее существенных событий. Сегодня первая часть написана и опубликована. И похоже, настал черёд продолжения. Уже не просто путешествия по городу детства, а в увязке с событиями и фактами, без которых жизнь тогдашних тихвинских мальчишек была бы куда менее значимой и интересной. Надеюсь, что вторая часть этих ностальгических заметок не окажется куда более скучной, чем их начало.

К сожалению, в моём личном архиве почти не сохранилось сделанных собственноручно фотографий дорогих и милых моему сердцу домов и людей. Но зато внука я не забываю фотографировать почти по каждому важному поводу. Есть здесь и совсем старые фотографии, но куда без них – это же и моя история тоже.


С внуком Сашей, которому и посвящена эта книга

Город, которого нет

Моему любимому внукуАлександру посвящаю

Как-то однажды меня спросили, помню ли я, как выглядела центральная улица нашего города лет 50—60 назад? Знаешь, честно говоря, не задумывался. Может быть, и помню… Помню, конечно! Ведь это улица, где я жил, на которой вырос. Это улица моего детства. А, говорят, детские воспоминания самые яркие, хотя, и по-детски субъективные. Так что уж не обессудь, если я, приглашая тебя в своё прошлое, что-то подзабуду, где-то допущу «топографическую» неточность. Всё-таки полвека прошло.

Тем более не хотелось бы связывать свои воспоминания одной лишь улицей, ведь и город-то наш был не столь велик, чтобы мы, мальчишки, не проникали в его самые «дальние» уголки, пусть иногда даже незваными гостями. Кроме «Марксы» были ещё «Пьяная деревня», «Конобоз», «Романиха», «Плаха». И ещё немало других местечек, названия которых тебе вообще не говорят ничего.

Глава первая. Как я с Марксом познакомился

Считается, что детские воспоминания до трехлетнего возраста навсегда стираются из нашей взрослой памяти. Может быть это и так, но какие-то особенно яркие моменты давно забытого детства, пусть фрагментарно, нет-нет, да и вспыхивают, как искорки в нашем сознании и не дают окончательно забыть, откуда мы и из какого времени…

Не помню и я, когда именно впервые увидел эту, ставшую на долгие годы родной, улицу в полной своей «красе» и «блеске», какой она представлялась мне с высоты моей собственной чуть более чем полуметровой «колокольни». Но тогда она своей широтой и бесконечностью так очаровала меня, что казалось, я попал совсем в другой почти сказочный мир.


Знакомьтесь: это я – автор собственной персоной…


Перейти на страницу:

Похожие книги

10 гениев, изменивших мир
10 гениев, изменивших мир

Эта книга посвящена людям, не только опередившим время, но и сумевшим своими достижениями в науке или общественной мысли оказать влияние на жизнь и мировоззрение целых поколений. Невозможно рассказать обо всех тех, благодаря кому радикально изменился мир (или наше представление о нем), речь пойдет о десяти гениальных ученых и философах, заставивших цивилизацию развиваться по новому, порой неожиданному пути. Их имена – Декарт, Дарвин, Маркс, Ницше, Фрейд, Циолковский, Морган, Склодовская-Кюри, Винер, Ферми. Их объединяли безграничная преданность своему делу, нестандартный взгляд на вещи, огромная трудоспособность. О том, как сложилась жизнь этих удивительных людей, как формировались их идеи, вы узнаете из книги, которую держите в руках, и наверняка согласитесь с утверждением Вольтера: «Почти никогда не делалось ничего великого в мире без участия гениев».

Елена Алексеевна Кочемировская , Александр Владимирович Фомин , Александр Фомин , Елена Кочемировская

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
Павел I
Павел I

Император Павел I — фигура трагическая и оклеветанная; недаром его называли Русским Гамлетом. Этот Самодержец давно должен занять достойное место на страницах истории Отечества, где его имя все еще затушевано различными бездоказательными тенденциозными измышлениями. Исторический портрет Павла I необходимо воссоздать в первозданной подлинности, без всякого идеологического налета. Его правление, бурное и яркое, являлось важной вехой истории России, и трудно усомниться в том, что если бы не трагические события 11–12 марта 1801 года, то история нашей страны развивалась бы во многом совершенно иначе.

Александр Николаевич Боханов , Евгений Петрович Карнович , Казимир Феликсович Валишевский , Алексей Михайлович Песков , Всеволод Владимирович Крестовский , Алексей Песков

Биографии и Мемуары / История / Проза / Историческая проза / Учебная и научная литература / Образование и наука / Документальное
Бирон
Бирон

Эрнст Иоганн Бирон — знаковая фигура российской истории XVIII столетия. Имя удачливого придворного неразрывно связано с царствованием императрицы Анны Иоанновны, нередко называемым «бироновщиной» — настолько необъятной казалась потомкам власть фаворита царицы. Но так ли было на самом деле? Много или мало было в России «немцев» при Анне Иоанновне? Какое место занимал среди них Бирон и в чем состояла роль фаворита в системе управления самодержавной монархии?Ответам на эти вопросы посвящена эта книга. Известный историк Игорь Курукин на основании сохранившихся документов попытался восстановить реальную биографию бедного курляндского дворянина, сумевшего сделаться важной политической фигурой, пережить опалу и ссылку и дважды стать владетельным герцогом.

Игорь Владимирович Курукин

Биографии и Мемуары / Документальное
Лев Толстой
Лев Толстой

Биография Льва Николаевича Толстого была задумана известным специалистом по зарубежной литературе, профессором А. М. Зверевым (1939–2003) много лет назад. Он воспринимал произведения Толстого и его философские воззрения во многом не так, как это было принято в советском литературоведении, — в каком-то смысле по-писательски более широко и полемически в сравнении с предшественниками-исследователя-ми творчества русского гения. А. М. Зверев не успел завершить свой труд. Биография Толстого дописана известным литературоведом В. А. Тунимановым (1937–2006), с которым А. М. Зверева связывала многолетняя творческая и личная дружба. Но и В. А. Туниманову, к сожалению, не суждено было дожить до ее выхода в свет. В этой книге читатель встретится с непривычным, нешаблонным представлением о феноменальной личности Толстого, оставленным нам в наследство двумя замечательными исследователями литературы.

Алексей Матвеевич Зверев , Владимир Артемович Туниманов

Биографии и Мемуары / Документальное