— Половина девятого для вас не слишком раннее время?

— В самый раз, детектив. Буду рада помочь, если смогу. Мне никак не дает покоя мысль, что этот человек преспокойно жил столько лет после убийства ребенка. Даже если это и не мой брат.

Босх решил не сообщать ей, что Трент, видимо, непричастен к убийству. На свете множество людей, верящих всему, что видят по телевизору.

Вместо этого он назвал ей номер своего сотового телефона и попросил, чтобы позвонила, если что-нибудь произойдет и половина девятого окажется неподходящим временем.

— Не окажется, — ответила она. — Я должна помочь. Мне необходимо знать, мой это брат или нет. С одной стороны, мне хочется, чтобы это оказался он, тогда будет ясно, что все кончено. С другой стороны, надеюсь, что это не Артур. Тогда смогу по-прежнему думать, что он где-то живет. Уже со своей семьей.

— Понимаю, — промолвил Босх. — Мы будем у вас завтра утром.

22

По пути в Венис оказалось много пробок, и Босх приехал с опозданием больше чем на полчаса. Потом еще потратил некоторое время на бесплодные поиски места, где поставить машину, и в конце концов, махнув рукой, снова въехал на библиотечную стоянку. Его задержка не расстроила Джулию, которая хлопотала на кухне. Она предложила Босху включить музыку и налить себе вина из уже открытой бутылки на кофейном столике. Готовности обнять или поцеловать его не выказала, но держалась очень приветливо.

Босх подумал, что как будто все в порядке и Джулия, видимо, простила ему вчерашнюю оплошность.

Босх выбрал записи трио Билла Эванса на концерте в Нью-Йорке. Дома у него был этот компакт-диск, и он знал, что на нем подходящая к ужину спокойная музыка. Налил себе бокал красного вина и стал небрежно расхаживать по гостиной, рассматривая то, что привлекало его внимание.

Каминная полка была заставлена небольшими фотографиями в рамках, на которые Босх не имел возможности взглянуть прошлой ночью. Некоторые стояли на подставках и больше бросались в глаза, чем другие. Не на всех были засняты люди. Кое-какие представляли собой виды мест, которые, очевидно, Джулия посетила во время путешествий. Наземный снимок кратера извергающегося вулкана с дымом и взлетающими в воздух обломками горных пород. Подводный снимок разинутой пасти и неровных зубов акулы. Рыба-убийца, казалось, плыла прямо на фотокамеру и на того, кто ее держал. На краю снимка Босх рассмотрел железный прут клетки, защищавшей фотографа — наверное, Джулию. Джулия с двумя туземцами по бокам, стоявшая где-то, предположил Босх, в австралийской глуши. Еще несколько ее фотографий с такими же туристами в других экзотических или суровых местах, Босх не представлял, где они могут находиться. Ни на одной фотографии Джулия не смотрела в объектив. Ее взгляд был неизменно устремлен вдаль или на кого-нибудь из позирующих вместе с ней.

В глубине полки стоял, словно спрятанный за другими фотографиями, вставленный в золоченую рамку снимок гораздо более молодой Джулии с мужчиной чуть постарше. Босх взял его, чтобы рассмотреть получше. Пара сидела в ресторане или на приеме после венчания. Джулия была в бежевом платье с глубоким вырезом, мужчина — в смокинге.

— Знаешь, человек на одной из фотографий — кумир японцев! — крикнула с кухни Джулия.

Босх поставил снимок на место и направился в кухню. Волосы Джулии спадали вниз, и ему это очень нравилось.

— Билл Эванс?

— Да. Кажется, у них несколько радиоканалов отведено трансляции его музыки.

— Неужели ты была и в Японии?

— Провела там почти два месяца. Очаровательная страна.

Босху показалось, что она готовит ризотто с цыпленком и спаржей.

— Аппетитно пахнет.

— Спасибо. Надеюсь, будет вкусно.

— Так от чего же ты убегала?

Джулия подняла голову. Ее рука твердо держала ложку для помешивания.

— Ты о чем?

— Обо всех этих путешествиях. Бросила папочкину юридическую фирму, чтобы купаться с акулами и спускаться в кратеры вулканов. Бежала от старика или от фирмы, которой он руководил?

— Кое-кто счел бы, что я бежала не от чего-то, а к чему-то.

— К тому типу в смокинге?

— Гарри, выложи свой пистолет. Оставь значок у входа. Я всегда поступаю так.

— Извини.

Джулия вновь принялась за стряпню, Босх встал позади нее. Положил руки ей на плечи и стал нажимать большими пальцами между шейными позвонками. Она не противилась. Вскоре он ощутил, как ее мышцы начинают расслабляться. Заметил ее пустой бокал на рабочем столе.

— Схожу за вином.

Босх вернулся со своим бокалом и бутылкой. Наполнил бокал Джулии, она взяла его и чокнулась с ним.

— За бег, не важно, от чего-то или к чему-то, — произнесла она. — Просто за бег.

— А как же «Держись крепко»?

— И за это тоже.

— За прощение и примирение.

Они чокнулись еще раз. Босх снова подошел к ней сзади и стал гладить ее шею.

— Вчера, когда ты ушел, я всю ночь думала о твоей истории, — сказала Джулия.

— О моей истории?

— О той пуле в туннеле.

— И что?

Джулия пожала плечами:

— Ничего. Изумительно, и только.