Читаем Город и горы полностью

– Проснись Арман, нужно искать деревню – сказал дед. Арман оставался без сознания. Тогда дед взвалил на себя юношу и потащил. Спускаясь с холма он не ощущал сильной тяжести, но в тот момент когда спуск закончился и начался новый подъем дед остановился. Он был не в силах нести Армана на спине, поэтому решил снова взвалить его на того же барана. Задача оказалась трудно достижимой для старика. В полумраке он выискал того самого барана, словно почуял его среди остальных. Взял привередливое животное за рога и попытался его усмирить. Баран брыкался, извивался и все больше норовил освободить свои рога и ударить ими пастуха. В конце концов опытный старик усмирил животное и тихонечко положил на его спину Армана. Они пошли вперед.

Тучи на небе рассеялись. Темно-синее покрывало убаюкивало путников. Они медленно продвигались и наконец дед увидел вдалеке огонек. Это Арусь не могла уснуть, дожидаясь своего мужа.

– Наверное она сейчас укладывает Наргиз. Вот они удивятся когда я им гостя приведу в такое время.

На первый взгляд оконный огонёк горел довольно близко. Но это только на первый взгляд. Неимоверное желание деда добраться до своего дома затуманило его разум. Когда-то он знал все эти мелочи, вроде того, что все желанное кажется ближе, чем есть на самом деле. Расстояние до источника света в вечернее время суток никак нельзя определить на глаз. А если попытаться, то можно впасть в заблуждение. Но в его возрасте память и зрение стали давать естественные сбои.

Он шел вперед, оборачивался, обходил стадо и подгонял баранов тростью. Следил за тем, что бы Арман ненароком не упал со спины животного. И снова продолжал идти вперед. Уже можно было отчетливо увидеть контуры окна и людей, которые находились внутри дома. Ощущение усталости в ногах все это время проследовало его но сейчас он словно вспомнил молодость и зашагал быстрее. Ему очень хотелось отдохнуть. И именно тогда он подумал, что никогда больше не выйдет со своим стадом прогуливаться по холмам близ деревни. Больше всего ему хотелось это, чтобы Арман пришел в себя. Порой он пугался от мысли о том, что животное нанесло юноше непоправимую травму, поэтому завидев окошко, стал торопиться, оставляя последнюю надежду на врачебную мудрость бабушки Арусь.

Загон для баранов был совсем рядом. Дед остановил стадо, тихонько подошел к барану, на спине которого, похрапывая лежал Арман. Старый пастух улыбнулся.

– Спит мальчишка.

Дед аккуратно снял Армана со спины животного и положил его тело на траву. Он быстро отвел всех баранов в загон, закрыл на защелку деревянную дверцу загона и вернулся к Арману. Взяв его на руки, дед направился к двери дома.

Дверь отперла Арусь. Она завидела деда, когда он сгонял своих баранов в загон и неспешно направилась открывать дом. Наргиз засыпала в своей кровати и в полудреме услышала, как недовольные бараны топтали мокрую землю копытами и блеяли. Арусь отворила дверь и увидела промокшего деда с темной поклажей на спине.

– Ты что несёшь малохольный?

Дед зашел в дом и тень лежащая на Армане, как пелена спала под тусклым светом четырех свечей расставленных по всей комнате.

– Подарок – сказал он угрюмым тоном и вошел в дом.

– Шутки шутить…божечки, это же человек!

– Да и не какой-то там, а соседский мальчишка Арман.

– Как же так! Ты что с дубу рухнул дед? Что с ним случилось?

– Ничего, спит малёхонько

Дед подошел к своей кровати, которая стояла рядом с металлической черной печкой и аккуратно, насколько мог, положил Армана лицом к верху. Наргиз мигом проснулась. Она неподавала виду, что пробудилась. Вроде спала, подложив руку под голову. Однако все слушала и особенно отчетливо слышала дыхание гостя, которого она еще и узнала. Все детишки со двора играли вместе, но Наргиз почти никогда не общалась с мальчиками, а Арман почти никогда не общался с девочками. Однако иногда они могли замечать друг друга в деревне.

– Что же это! – вскричала бабка Арусь и побежала мочить холодной водой маленькое полотенце – вот малахольный, что выдумал, человека угробил! Дурь из тебя вся что-ли еще не высыпалась?

– Да не я это! Ругаешься зря! Баран, остолоп хотел ударить мальчишку, да видимо промахнулся на счастье, ничего выживет – сказал дед, а сам покрылся испариной.

– Что ты говоришь такое, дурень!

Арусь подбежала к Арману, села рядышком и положила на его лоб холодную тряпку.

– Зачем ему твоя мокрая тряпка, он и так промок весь!

– Молчи!

Дед замолчал. Он вдруг остро почувствовал свою вину, присел на кровать Наргиз и уже почти начал плакать, как вдруг Наргиз отвлекла его, неожиданно заговорив:

– Деда, что там такое?

Она не могла видеть, что происходит на соседней кровати, так как была повёрнута лицом к стене, а дед сидевший на кровати мешал ей перевернуться.

– Цветок мой, чего ты не спишь?

Наргиз попыталась повернуться, но одеяло скрутилось в трубочку и не давало ей двигаться.

– Постой, я встану