Читаем Город, где были мы (СИ) полностью

— Хуже всего, что этот юноша — бывший выпускник нашей школы. Я бы даже сказала — лучший из лучших, — печально вздохнула учительница. — И очень жаль, что когда он решил навестить нас, был спровоцирован конфликт.

— Спровоцирован одной из наших учениц, — добавила со своего места Саша.

— К сожалению, это так, — признала миссис Шмидт, задерживая укоризненный взгляд на моем лице. — Я не буду называть никаких имен.

Да уж какие там имена, если весь класс и так пялится на меня. Я почувствовала острое желание заползти под парту и не вылезать оттуда до конца этой самой лекции. А лучше всего — просто выйти. Но что-то подсказывало мне, что меня не выпустят, даже если я скажу, что мне нужно в туалет.

— Поэтому я считаю себя обязанной сообщить вам о том, что любые конфликты, особенно на территории школы, должны решаться словами, но никак не рукоприкладством. Более того, за такие вещи вас вполне могут призвать к ответственности…

Она продолжала говорить и говорила об этом до самого конца урока, но никто уже не слушал. Довольно улыбаясь, Саша вертелась на своем стуле, успевая передавать записки и что-то печатать в своем телефоне. Я догадалась, что она что-то затевает, и это что-то настроено против меня. Скорее всего, она добавила к этой истории гораздо больше подробностей, которых так жаждали остальные. Я бы очень хотела узнать, что это были за подробности, но взгляды, которые одноклассники кидали на меня исподтишка, становились все более осуждающими и недружелюбными. К концу урока я ясно поняла только одно.

Теперь я изгой.

Как это происходит? Я всегда хотела знать, почему какая-нибудь вполне приятная в общении девушка или симпатичный юноша вдруг становится человеком, которого все избегают. Причина проста — если он или она сделали что-то, что не понравилось всем, и неважно, какие у них на это были причины. У окружающих есть основания подозревать, что с ними могут поступить также. Скажите, что эта девушка может отбить парня — и она тут же становится изгоем для других девушек или хотя бы для тех из них, у кого этот самый парень есть. Слухи распространяются очень быстро, и чаще всего никто не проверяет их правдивость. Особенно если их в какой-то мере подтверждают учителя.

К концу дня я уже знала, что всеобщий любимец Алекс решил навестить школу, а также признаться в своих чувствах загадочной девушке, которую он наконец нашел. Только она оказалась настоящей оторвой и, недолго думая, врезала надоедливому ухажеру. Одни говорили, что я ударила его сама, другие — что это сделал какой-то другой человек. Я сразу догадалась, что это зависит от того, как разные люди видят Лесса. А еще я поняла, что предвзятое отношение учителей, которое было раньше — просто ничто по сравнению с теперешней ситуацией.

Тяжело вздыхая, я с трудом дождалась конца уроков. Хорошо еще, что меня не вызвали для выговора в кабинет директора, хотя и немного подозрительно. Может быть у них просто нет никаких доказательств, что Алекса ударила я, потому что показатели свидетелей разнятся? Я торопливо оделась и выскочила на улицу, оглядываясь в поисках Лесса. Мне просто нужно забыть сегодняшний день. Ведь не зря же я все-таки прихорашивалась. Но напрасно я вытягивала шею — у ворот никого не было. Точнее, это мне сначала так показалось, пока мне на плечо не легла чья-то рука. Я радостно обернулась, чтобы встретиться глазами с Алексом. Его взгляд был слегка укоризненным, а на щеке красовался свеженький пластырь.

— Привет, — без обычных напыщенных речей сказал он.

— Привет, — нервно покосившись в сторону школы, сказала я. — Что ты здесь делаешь?

— Зашел за тобой, чтобы проводить домой. И как я вижу, очень вовремя — твоего защитника сегодня что-то не видно. Но это не имеет значения, я все равно не отступлюсь.

Я заметила Сашу, которая окинула школьный двор внимательным взглядом и, заметив Алекса рядом со мой, прижала обе руки ко рту. Я мысленно застонала — да как она вообще умудряется вечно появляться так не вовремя? Она что, следит за мной?

— Я согласна, — зашипела я, вцепляясь в рукав куртки Алекса. — Я очень, очень хочу, чтобы ты подвез меня до дома. Где твоя машина?

Саша уже шагала в нашу сторону, решительно сжав кулаки.

— Там, — немного удивленно отозвался юноша, махнув рукой.

Я потащила его в сторону машины, продолжая торопливо оправдываться на ходу.

— Мама попросила меня сегодня сразу после школы быть дома, поэтому ты очень выручишь меня, правда. Автобус всегда нужно так долго ждать… Так что уж извини меня за назойливость.

— Ну что ты, я очень рад тебе помочь, — оживляясь, сказал Алекс.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Смерть в пионерском галстуке
Смерть в пионерском галстуке

Пионерский лагерь «Лесной» давно не принимает гостей. Когда-то здесь произошли странные вещи: сначала обнаружили распятую чайку, затем по ночам в лесу начали замечать загадочные костры и, наконец, куда-то стали пропадать вожатые и дети… Обнаружить удалось только ребят – опоенных отравой, у пещеры, о которой ходили страшные легенды. Лагерь закрыли навсегда.Двенадцать лет спустя в «Лесной» забредает отряд туристов: семеро ребят и двое инструкторов. Они находят дневник, где записаны жуткие события прошлого. Сначала эти истории кажутся детскими страшилками, но вскоре становится ясно: с лагерем что-то не так.Группа решает поскорее уйти, но… поздно. 12 лет назад из лагеря исчезли девять человек: двое взрослых и семеро детей. Неужели история повторится вновь?

Екатерина Анатольевна Горбунова , Эльвира Смелик

Триллер / Фантастика / Мистика / Ужасы
Иные песни
Иные песни

В романе Дукая «Иные песни» мы имеем дело с новым качеством фантастики, совершенно отличным от всего, что знали до этого, и не позволяющим втиснуть себя ни в какие установленные рамки. Фоном событий является наш мир, построенный заново в соответствии с представлениями древних греков, то есть опирающийся на философию Аристотеля и деление на Форму и Материю. С небывалой точностью и пиететом пан Яцек создаёт основы альтернативной истории всей планеты, воздавая должное философам Эллады. Перевод истории мира на другие пути позволил показать видение цивилизации, возникшей на иной основе, от чего в груди дух захватывает. Общество, наука, искусство, армия — всё подчинено выбранной идее и сконструировано в соответствии с нею. При написании «Других песен» Дукай позаботился о том, чтобы каждый элемент был логическим следствием греческих предпосылок о структуре мира. Это своеобразное философское исследование, однако, поданное по законам фабульной беллетристики…

Яцек Дукай

Фантастика / Альтернативная история / Мистика / Попаданцы / Эпическая фантастика
Выбор
Выбор

Впервые прочел "Американскую трагедию" в 12 лет, многое тогда осталось непонятным. Наивный 1980 год... Но главный вывод для себя сделать сумел - никогда, никогда не быть клайдом. Да, с маленькой буквы. Ведь клайдов - немало, к сожалению. Как и роберт, их наивных жертв. Да, времена изменились, в наши дни "американскую трагедию" представить почти невозможно. Но всё-таки... Всё-таки... Все прошедшие 38 лет эта история - со мной. Конечно, перечитывал не раз, последний - год назад. И решил, наивно и с вдруг вернувшимися чувствами из далекого прошлого - пусть эта история станет другой. А какой? Клайд одумается и женится на Роберте? Она не погибнет на озере? Или его не поймают и добьется вожделенной цели? Нет. Нет. И еще раз - нет. Допущение, что такой подлец вдруг испытает тот самый знаменитый "душевный перелом" и станет честным человеком - еще более фантастично, чем сделанное мной в романе. Судить вам, мои немногочисленные читатели. В путь, мои дорогие... В путь... Сегодня 29.12.2018 - выложена исправленная и дополненная, окончательная версия романа. По возможности убраны недочеты стиля, и, главное - освещено множество моментов, которые не были затронуты в предыдущей версии. Всем удачи и приятного чтения!

Алекс Бранд

Фантастика / Детективная фантастика / Мистика / Любовно-фантастические романы / Романы
Птичий рынок
Птичий рынок

"Птичий рынок" – новый сборник рассказов известных писателей, продолжающий традиции бестселлеров "Москва: место встречи" и "В Питере жить": тридцать семь авторов под одной обложкой.Герои книги – животные домашние: кот Евгения Водолазкина, Анны Матвеевой, Александра Гениса, такса Дмитрия Воденникова, осел в рассказе Наринэ Абгарян, плюшевый щенок у Людмилы Улицкой, козел у Романа Сенчина, муравьи Алексея Сальникова; и недомашние: лобстер Себастьян, которого Татьяна Толстая увидела в аквариуме и подружилась, медуза-крестовик, ужалившая Василия Авченко в Амурском заливе, удав Андрея Филимонова, путешествующий по канализации, и крокодил, у которого взяла интервью Ксения Букша… Составители сборника – издатель Елена Шубина и редактор Алла Шлыкова. Издание иллюстрировано рисунками молодой петербургской художницы Арины Обух.

Екатерина Робертовна Рождественская , Павел Васильевич Крусанов , Александр Александрович Генис , Дмитрий Воденников , Олег Зоберн

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Мистика / Современная проза