Лина услышала какие–то тихие звуки — шорохи, шепот. Сколько времени прошло? Самое длинное отключение в истории города продолжалось три минуты четырнадцать секунд. Но сейчас явно прошло больше времени.

Все бы ничего, если бы она была одна. Но потерялась Поппи, и потерялась — вот за что казнила себя Лина, — потому что ее сестра забыла обо всем на свете, увидев пару цветных карандашей! Она тешила свою алчность, и вот теперь из–за нее потерялся ребенок. Она заставила себя сделать еще один шаг вперед, и тут ее пронзила ужасная мысль: «А вдруг я иду не в ту сторону?» Лина вся задрожала и почувствовала, как к горлу подступают слезы. Ноги больше не держали ее, она тяжело опустилась на землю и уткнулась лицом в колени. Ее душа превратилась в сплошной ком смятения и страха.

Прошла, казалось, целая вечность. Поблизости кто–то громко застонал. Хлопнула дверь. То слева, то справа слышались шаги. А что, если свет вообще никогда не загорится снова? Лина обхватила колени руками и затрясла головой, чтобы отогнать эту мысль. Свет, вернись, молила она беззвучно, свет, вернись!

И вдруг он вернулся.

Лина вскочила на ноги. Улицу снова было видно как на ладони, люди кругом озирались, разинув рты: одни плакали от пережитого потрясения, другие, наоборот, облегченно улыбались. Потом все разом заторопились, спеша добраться домой, пока темнота не опустилась на город снова.

Лина побежала в сторону Грингейт–сквер, останавливая каждого встречного.

— Вы не видели здесь маленькую девочку, совсем одну? Прямо перед тем, как свет по гас? — спрашивала она. — Девочку в зеленой курточке с капюшоном?

Но прохожие только отмахивались от нее.

На углу площади по–прежнему стояли Верные. Они говорили наперебой и возбужденно размахивали руками. Лина спросила их о Поппи. Они разом умолкли и удивленно уставились на нее.

— Как же это мы могли кого–нибудь видеть, если света не было? — сварливо сказала Намми Проггс, старая горбунья, спина которой была согнута до такой степени, что ей приходилось выворачивать голову вбок, чтобы взглянуть вверх.

— Да нет, — нетерпеливо объяснила Лина, — она куда–то ушла еще до того, как свет выключили. Куда–то убежала. Может, она где–то здесь?

— Что ж ты за ребенком не уследила? — язвительно спросила Намми Проггс.

— За детьми смотреть надо! — подхватила еще одна женщина.

Но тут вмешался флейтист:

— Постойте–ка: малышка в зеленой курточке? Она вроде здесь, в лавке.

Он крикнул в открытую дверь магазина:

— Эй, это у вас там ребенка нашли?

И из магазина вышел человек, держа за руку Поппи.

Лина бросилась к ней и подхватила на руки. Малышка громко заплакала.

— Все в порядке, — сказала Лина, сжимая ее в объятиях, — не плачь, миленькая. Ты просто потерялась на минутку, но теперь все в порядке. Я тебя нашла, не плачь.

Она подняла глаза, чтобы поблагодарить спасителя Поппи, и увидела Дуна. Он ничуть не изменился, только волосы его были растрепаны больше, чем раньше. На нем была его вечная коричневая куртка.

— Она так гордо шествовала по улице совершенно одна, — сказал Дун без улыбки. — Никто не знал, чья она, я и отвел ее в лавку своего отца.

— Она моя, — сказала Лина. — Это моя сестра. Я так испугалась, когда потеряла ее. Я боялась, что она упадет и ушибется, или ее кто–нибудь толкнет, или… Я так тебе благодарна за то, что ты спас ее.

— Да не за что, — произнес Дун, насупившись и не поднимая глаз.

Поппи мгновенно успокоилась, вновь пришла в прекрасное расположение духа и сидела у Лины на руках, радостно улыбаясь и засунув в рот большой палец.

— А что твоя работа? — спросила Лина. — Как там у вас в Трубах?

Дун пожал плечами:

— Нормально. В целом интересно.

Лина ждала продолжения, но Дун явно не собирался что–либо рассказывать.

— Ну что ж, спасибо еще раз, — сказала она и посадила Поппи себе за спину.

— Тебе повезло, что Дун Харроу был рядом, — брюзжала Намми Проггс. — Он добрый мальчик. Что бы ни сломалось у меня дома, он–то уж всегда починит. — Она ковыляла за Линой и грозила ей пальцем. — А ты все–таки получше присматривай за ребенком!

— И не оставляй ее одну, — сказал флейтист.

— Знаю, знаю, — виновато ответила Лина, — все вы правы.

Вернувшись домой, Лина уложила малышку спать в их общей спальне. Бабушка дремала в кресле посреди гостиной и вообще не заметила, что свет выключали. Лина подробно описала ей аварию, но не стала рассказывать, как потеряла и нашла Поппи.

Когда Поппи и бабушка заснули, Лина достала из кармана два цветных карандаша. Они показались ей совсем не такими красивыми, как в магазине. Держа их в руках, она вспомнила то непреодолимое желание, которое испытала в лавке, и это воспоминание было смешано со страхом, печалью и чувством вины.

ГЛАВА 6

Находка в чулане