Читаем Гормоны счастья полностью

Стремление к чему-то большему развилось у людей не в наши дни. Предки современного человека никогда не прекращали погони за большим. Когда они насыщались пищей, то начинали придумывать, как сделать орудия и убежища более совершенными. Дофамин давал им чувство удовлетворения, когда что-то удавалось. Но это чувство было мимолетным, и исторические люди продолжали свои поиски. Мозг любого человека учится связывать усилия с получаемым вознаграждением. При этом такое вознаграждение может принимать различные формы: материальную, социальную или форму спасения от очередной угрозы.

Когда вы готовитесь к тесту по математике, энергию вам придает дофамин. Вы можете осознанно не стремиться к ощущению комфорта. Но в случае успеха оно все равно придет в виде вознаграждения оценкой, признания окружающих или просто хорошего настроения от достигнутого. Решение математических задач сродни процессу «ищи и найди». Когда вы находите правильный ответ, возникает то самое чувство «Я сделал это!», которое на некоторое время снимает все стрессовые состояния, возникающие под воздействием кортизола. Даже если вы совершаете ошибку, ожидание вознаграждения придаст вам силы для второй попытки.

Спортсмены так много времени тратят на тренировки, потому что, пока они тренируются, их мозг синтезирует небольшое количество дофамина с каждым шагом на пути к ожидаемой награде. Победа в игре или состязании приводит к значительно более мощному выбросу дофамина, но это тоже всего лишь шаги. Подлинного удовлетворения спортсмен достигает тогда, когда получаемые им награды соотносятся в его сознании с победой в борьбе за выживание.

В мозге каждого человека живут ожидания относительно вознаграждений с точки зрения выживания и путей их достижения. И приближаясь к ожидаемому поощрению, мы испытываем чувство удовлетворения.

Познакомьтесь со своим эндорфином

«Эйфория» — обычное описание чувства, которое приносит нам эндорфин. Но этот нейромедиатор был создан эволюцией не от добра. «Запускает» синтез эндорфина прежде всего физическая боль. Вы можете упасть и мгновенно вскочить на ноги, думая, что с вами все в порядке, только для того, чтобы обнаружить, что серьезно травмированы. Таково действие эндорфина.

Эндорфин маскирует физическую боль на непродолжительное время, чтобы дать млекопитающему возможность спастись. Если ваш предок ломал ногу или был истощен от голода или жажды, выброс эндорфина помогал ему совершить то, что было необходимо для выживания.

«Эйфория бегуна» — широко известное действие эндорфина. Считается, что ему сопутствует приподнятое настроение и повышенная сопротивляемость боли и усталости. Нельзя добиться этого состояния во время ежедневных пробежек. Эндорфин высвобождается, только если человек превозмогает свои обычные возможности и доводит себя до состояния дискомфорта. На самом деле это не самый лучший способ обеспечить свое выживание. Эндорфин служит не для того, чтобы мы инициировали болевые ощущения, а для того, чтобы избегали их.

Возможно, в документальных фильмах вы видели, как зебра вырывается из лап льва. Ее плоть порвана мощными челюстями, но зебра продолжает бежать. Эндорфин маскирует боль на непродолжительное время, чтобы зебра могла спастись. Знать, что есть природное обезболивающее, совсем неплохо, когда смотришь подобные кадры. Это лишний раз напоминает, что эндорфин существует не для веселья и удовольствия, а для того, чтобы обеспечить организму максимальную возможность выжить.

У боли есть предназначение

Действие эндорфина ограничено, потому что у боли есть предназначение. Она призвана сигнализировать, что в организме что-то не в порядке и должно быть срочно исправлено. Если бы мы могли не замечать боль постоянно, то спокойно прикасались бы к раскаленной плите или ходили со сломанными ногами. Если уровень эндорфина был бы всегда высоким, мы не смогли бы принимать правильные с точки зрения выживания решения. Эволюция сделала нас такими, чтобы мы очень быстро реагировали на внутренний или внешний сигнал опасности, а не старались замаскировать его.

Когда был открыт эндорфин, то его назвали эндогенным морфином, поскольку механизм его действия очень походил на опиаты, только синтезировался он человеческим организмом. Но если быть более точным, то следует сказать, что морфин — это искусственный эндорфин. Героин и другие опиаты воздействуют на нас через те же рецепторы, которые воспринимают и природный эндорфин.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Избранные труды о ценности, проценте и капитале (Капитал и процент т. 1, Основы теории ценности хозяйственных благ)
Избранные труды о ценности, проценте и капитале (Капитал и процент т. 1, Основы теории ценности хозяйственных благ)

Книга включает наиболее известные произведения выдающегося экономиста и государственного деятеля конца XIX — начала XX века, одного из основоположников австрийской школы Ойгена фон Бём-Баверка (1851—1914) — «Основы теории ценности хозяйственных благ» и «Капитал и процент».Бём-Баверк вошел в историю мировой экономической науки прежде всего как создатель оригинальной теории процента. Из его главного труда «Капитал и процент» (1884— 1889) был ранее переведен на русский язык лишь первый том («История и критика теорий процента»), но и он практически недоступен отечественному читателю. Работа «Основы теории ценности хозяйственных благ» (1886), представляющая собой одно из наиболее удачных изложений австрийского варианта маржиналистской теории ценности, также успела стать библиографической редкостью. В издание включены также избранные фрагменты об австрийской школе из первого издания книги И. Г. Блюмина «Субъективная школа в политической экономии» (1928).Для преподавателей и студентов экономических факультетов, аспирантов и исследователей в области экономических наук, а также для всех, кто интересуется историей экономической мысли.УДК 330(1-87)ББК 65.011.3(4Гем) ISBN 978-5-699-22421-0

Ойген фон Бём-Баверк

Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука
Слово о полку Игореве
Слово о полку Игореве

Исследование выдающегося историка Древней Руси А. А. Зимина содержит оригинальную, отличную от общепризнанной, концепцию происхождения и времени создания «Слова о полку Игореве». В книге содержится ценный материал о соотношении текста «Слова» с русскими летописями, историческими повестями XV–XVI вв., неординарные решения ряда проблем «слововедения», а также обстоятельный обзор оценок «Слова» в русской и зарубежной науке XIX–XX вв.Не ознакомившись в полной мере с аргументацией А. А. Зимина, несомненно самого основательного из числа «скептиков», мы не можем продолжать изучение «Слова», в частности проблем его атрибуции и времени создания.Книга рассчитана не только на специалистов по древнерусской литературе, но и на всех, интересующихся спорными проблемами возникновения «Слова».

Александр Александрович Зимин

Литературоведение / Научная литература / Древнерусская литература / Прочая старинная литература / Прочая научная литература / Древние книги