Читаем Горизонты ада полностью

Зиглер промокнул лоб платком и отпил глоток водки из бутылки.

– Я не верю, – тихо сказал он, – но иногда в моем деле встречаются вещи, которые невозможно объяснить, явления, которых не должно было быть. Это демоны? Души умерших, которые стали видимыми? Я не знаю. Я только играю в игры со скрытыми силами. Я интересуюсь только играми.

– Ник Хорняк тоже интересовалась только играми?

– Нет, мистер Джири. Сначала она довольствовалась тем, что я мог предложить, а именно: разные голоса, духи инков, клубы тумана и изменения температуры. Но вскоре она захотела пойти дальше.

– Насколько дальше?

– Она хотела… – Он засмеялся. – Она хотела любовника. Любовника-духа. Ей хотелось трахнуть демона.

– Господи Иисусе…

– Я некоторое время отвлекал ее от этой идеи пустыми обещаниями. Врал, что знаю некоторые старинные обряды. Но когда она на меня надавила, пришлось сказать, что я боюсь открывать темные порталы, которые спокойнее держать закрытыми. Вот такая чушь собачья.

– Может, стоило сказать ей правду?

– И потерять свой бизнес? Я никогда не говорю моим клиентам, что они занимаются ерундой. Так не разбогатеешь.

Я задумался над его словами. Затем спросил, что произошло потом.

– Она пошла дальше.

– К другому медиуму?

– Не уверен. Она приходила еще несколько раз, но не так регулярно, как раньше.

– Когда вы ее видели последний раз?

– Примерно за месяц до смерти. Может быть, за три недели.

– Зачем она приходила?

– Чтобы показать мне своего любовника-демона.

Я нахмурился:

– Что вы имеете в виду?

– Никола пришла с темнокожим мужчиной угрожающего вида. Он был ее любовником с того света. Она не захотела рассказывать, как с ним связалась, но заявила, что он – это все, о чем она когда-либо мечтала, и даже больше. – Зиглер хихикнул в кулак.

– Как он выглядел? – спросил я, хотя уже знал ответ на этот вопрос.

– Темнокожий, чернее ночи. Высокий. Абсолютно лысый. На обеих скулах татуировки в виде змей.

– Он что-нибудь говорил, когда был здесь?

– Нет. Он держался в тени. Она провела здесь всего несколько минут. Заскочила, чтобы им похвастаться, и весело ускакала. Вперед на случку с Вельзевулом.

Это мне все объяснило. Ник пересеклась с Паукаром Вами, в то время как увлекалась потусторонними играми, он забавлялся ею, пока она ему не надоела, а затем отправил на тот свет. Но я все же решил задать еще несколько вопросов Зиглеру. Вдруг беседа с ним положит конец моей детективной деятельности, на что я очень надеялся. Мне хотелось уйти под фанфары.

– Вам известно, что на Ник была брошь в ночь убийства?

– Одна из моих вещиц. Да. И на спине Николы убийца вырезал символ солнца.

Я указал глазами на эмблему солнца на потолке:

– Во время спиритических сеансов вы используете гидов-инков, не так ли?

– Да. Они прибавляют экзотики.

– Не может ли смерть Ник быть связана с чем-то таким? Скажем, убийца – один из ваших клиентов, кто-то, кто…

– Сильно сомневаюсь, – перебил меня Зиглер. – Инки были не менее жестоки, чем нации завоевателей, но они не были дикарями. Кроме того, они поклонялись Солнцу. Если бы Николу собирались принести в жертву богам инков – а вы, похоже, именно это предполагаете, – ее лишили бы жизни днем, чтобы бог Солнца мог видеть. И зачем убивать ее в «Скайлайте»? Вы слышали о скульптуре Манко Капака?

Я уже хотел было ответить отрицательно, но тут вспомнил о кранах и рассказе Кардинала:

– Да.

– Это идеальное место для жертвоприношения. Если бы Николу убили там, я тоже придерживался бы вашей версии. А так больше похоже на то, что убийца заметил брошь и просто скопировал рисунок – возможно, он надеялся направить следствие по ложному пути.

Предположение Зиглера выглядело разумно, хотя вслух я этого не признал.

– Она когда-нибудь сюда кого-нибудь приводила?

– Нет. Я предпочитаю встречаться с клиентами с глазу на глаз.

– Кто ее к вам привел?

Помолчав, Зиглер ответил:

– Одна из ее подруг, забыл имя. Она присутствовала на нескольких сеансах, затем перестала появляться. Кстати, вскоре после того, как убедила Николу прийти сюда. Больше не возвращалась. У меня плохая память на имена.

Я вынул из кармана одну из фотографий Присциллы, найденную в досье на нее – лучшее фото из всех неудачных снимков, – и показал медиуму:

– Это она?

Он постарался не показать виду, что узнал девушку на фотографии, но меня обучили распознавать даже короткие непроизвольные выражения лица, и я заметил легкое движение брови.

– Не уверен, – сказал он. – Лицо выглядит знакомым, но точно я не могу утверждать.

Он врал. Присцилла тоже врала, ведь она сказала, что никогда не бывала у Зиглера.

Сунув фотографию в карман, я встал:

– Спасибо, что поговорили со мной, мистер Зиглер. – Улыбаясь, он тоже поднялся. – Вы не знаете имен других медиумов, которые могли бы мне помочь? Других экстрасенсов, к которым Ник могла обратиться?

Он развел руки в стороны: