Читаем Горение (полностью) полностью

- Нет, - ответили весело, как ученики в классе на последних майских занятиях, когда пух летает и летняя радость близка: настроение у всех было подобное, оттого что чувствовали - революция ширится, грядет свобода.

- За последнее столетие революционное движение в России оказалось самым мощным по своему размаху, - начал Дзержинский, - такого движения не знал еще мир, и даже сравнение с героями Парижской коммуны не может поколебать моей уверенности в нашей сегодняшней революционной и с к л ю ч и т е л ь н о с т и. Поэтому наше отношение к тому, что нам д а е т царизм, должно быть особенно пристальным. Бандит откупается для того, чтобы собрать других бандитов и отобрать то, что дал. Что нам предлагает царизм? "Думу, выборы, демократию". По словам "национал-демократов" - это есть акт "гуманизма и дружбы". Какую же "дружбу" нам предлагает царь?

Над всей Россией простирается закон об "усиленной охране", во многих губерниях объявлено военное положение, власть сосредоточена в руках жандармов и казаков, все города наводнены солдатами, порют крестьян, десятки тысяч людей томятся в тюрьмах и одновременно - конституция!

Озадачим себя рассмотрением проекта Булыгина. Как будет организована Государственная дума? Там конечно же должны заседать "представители народа". Кто эти народные представители? Согласно булыгинского проекта, избирательное право предоставляется только тем, кто владеет недвижимостью и имениями или платит за квартиру не менее 100 рублей в месяц! Рабочий получает тридцать рублей - это максимум. Значит, в Государственную думу будут посылать представителей самые богатые слои населения. Что же будут делать в думе эти "народные" представители? Какие права дает им самодержавие? Согласно проекту Булыгина, они будут обсуждать законы и высказывать по этому поводу м н е н и я. Примет ли правительство их мнения или нет - это уже не их дело, так как принять и утверждать какой-либо закон может лишь царь, а никак не Государственная дума.

Число депутатов в русском парламенте должно простираться до шестисот человек. Однако если соберется столько депутатов в одной зале, то это ведь равносильно массовому сборищу, которые запрещены в России! Поэтому Булыгин в своем проекте делает оговорку - всех депутатов разделят на десять небольших парламентов; каждый будет иметь собственное "занятие": один будет заниматься финансовыми вопросами, другой - народным просвещением, третий - военными делами. Таким образом, депутат, занимающийся железнодорожным делом, не входит в рассмотрение вопросов, связанных с обороной, - хорош себе государственный подход!

Важнейшей задачей любого европейского парламента является контроль правительства. Русская Государственная дума также получает это право депутатам позволено спросить у министра отчет, но, по проекту Булыгина, министр может отсрочить свой доклад думе на неопределенное время.

Европейский парламент - самый захудалый - отличается тем, что заседания его открыты, и все в стране знают, что там происходит. Не то будет в русской думе. "Публику" не будут пускать на заседания. В зале могут находиться лишь корреспонденты известных газет, и то с разрешения председательствующего. Не пожелай он - заседания будут происходить тайно, - точно так же, как сейчас решаются все дела в бюрократических канцеляриях. Можно ли при подобной "конституции" ожидать каких-нибудь гражданских прав?! Можно ли надеяться на политическую свободу?!

Эта горе-конституция не может удовлетворить даже буржуазию, а ведь она для нее - в первую очередь - разработана.

Буржуазия недовольна "конституцией" Булыгина и высказывается против нее в самых резких выражениях. Как должны относиться к подобной "конституции" мы, рабочие?!

Дзержинский помолчал мгновенье, откашлялся, а потом продолжал: