Читаем Гордячка полностью

Капитан окинул ее пристальным взглядом, и Сэйбл вдруг заметила, что на ней лишь одна мужская сорочка, в которой она выглядит как чучело; из-под манжетов рукавов едва виднелись кончики пальцев, а ноги были обнажены. Она поспешно забралась в постель и накрылась одеялом, стараясь сохранить максимум достоинства.

– Кажется, вы обретаете и свою обычную скромность, – заметил Морган, скрестив на груди руки.

– Где моя одежда? – спросила Сэйбл, заливаясь краской.

– Сейчас я прикажу Грейсону принести ее, – любезно ответил капитан. Он весело улыбнулся: – Не стоит смущаться, моя милая. Пока вы болели, пришлось поухаживать за вами, и смею вас заверить, – его голубые глаза смеялись, – растирая вас губкой, я прекрасно изучил вашу анатомию.

Сэйбл промолчала, но Морган заметил, как она судорожно сглотнула. Он усмехнулся, не понимая сам, почему ему доставляет удовольствие говорить ей колкости. Правда, она до чертиков раздражала его своим вызывающим и надменным видом, но ведь она дочь человека, которого он глубоко уважает! Неужели этого недостаточно, чтобы обращаться с ней подобающим образом?

Морган взглянул на девушку. Голова ее поникла, словно она признавала свое поражение. Вероятно, его насмешка больно задела ее – Морган мог бы поклясться, что на золотистых ресницах Сэйбл дрожат слезинки. Досадуя на самого себя, он проговорил:

– Сейчас я пришлю стюарда помочь вам.

– Благодарю, – сдержанно ответила Сэйбл, не поднимая головы.

Он поспешно вышел из каюты, громко хлопнув дверью. Сэйбл же глотала слезы. «Почему так случилось? – думала она. – Почему меня спасло именно это судно, этот бессовестный капитан? Лучше бы мне было погибнуть!» Но она тут же упрекнула себя за такие мысли. Ведь ее гибель до смерти опечалила бы родителей, а Нед…

У нее перехватило дыхание. Боже праведный, а что, если ее считают утонувшей?! Ведь ее не переправили в Танжер, а «Вызов» идет под всеми парусами… Сердце ее тревожно забилось. Куда они направляются? Что с Недом?

– Доброе утро, ваша милость! Сэр Морган сообщил мне, что вы попросили свою одежду.

Сэйбл подняла голову и увидела приятное лицо мужчины; он выглядел чуть старше Моргана. Прямо на нее смотрели его добрые карие глаза, а на губах появилась дружелюбная улыбка. Увидев у него в руках свое платье и белье, Сэйбл облегченно вздохнула. Неужели она найдет здесь дружеское участие?

– Благодарю вас, сэр, – робко улыбнулась девушка.

– Просто Грейсон, ваша милость, – сказал стюард, укладывая платье и белье на стул. Он был потрясен красотой и обаянием девушки. Лишь мельком увидев пылающее жаром лицо спасенной девушки, он был не готов увидеть красавицу с глазами цвета весенней травы и голосом, мелодичным, как перезвон церковных колоколов. Нечего удивляться тому, что сэр Морган не хочет расстаться с ней!

– Ах, пожалуйста, не уходите! – взмолилась Сэйбл, когда он поклонился и попятился к выходу. В ее голосе звучало отчаяние, и Грэйсон увидел, что у нее подрагивают губы.

– Что вы хотели, миледи? – спросил он с участием, заставившим ее прослезиться. Похоже было на то, что она действительно видит перед собой человека, искренне к ней расположенного.

– Вы не могли бы рассказать мне, что случилось? Я знаю, что упала за борт и была больна, но мне нужно знать…

– Пусть лучше сэр Морган сам объяснит вам, что произошло, – ответил Грейсон.

Откинув одеяло, Сэйбл вскочила с постели и схватила его за рукав. В ее глазах он видел ужас и мольбу. Перед таким взглядом невозможно было устоять.

– Сэр Морган способен лишь мучить меня полуправдой и загадками, – сказала она. – Может быть, вы ответите на мои вопросы?

Грейсон смягчился.

– Хорошо. Надеюсь, капитан не рассердится. – Он покраснел и даже вспотел, когда увидел, что на ней лишь мужская рубашка, едва прикрывающая бедра.

– Может быть, сначала вы пожелаете одеться, миледи? – вежливо осведомился Грейсон.

Сэйбл покраснела от смущения и снова улеглась, накрывшись одеялом. Ей было досадно, что она вынуждена лежать на койке Моргана, точно его любовница! – Но разве у нее был выбор? А впрочем, какая разница? Сейчас ей ничего не нужно, кроме ответов на ее вопросы.

– Возможно, мне следует рассказать вам все, что я знаю, – сказал Грейсон, участливо глядя на девушку.

– О да, пожалуйста! – прошептала она.

Она поглаживала свое чудесное золотистое платье, не смея взглянуть в глаза Грейсона.

– Сэр Морган узнал обо всем, что случилось с вами на яхте, потому что вы говорили, когда находились… – Он осекся, полагая, что может оскорбить Сэйбл словом в «бреду». – Вы часто разговаривали во время болезни, – продолжал стюард, – и поэтому мы узнали, как вы оказались в море.

– Значит, меня подобрал «Вызов»? – спросила Сэйбл. – Я помню лодку и склонившееся надо мной лицо, больше ничего не помню.

Грейсон кивнул:

– Вы промерзли до костей, и вас бил озноб, когда вас вытащили. Доктор Пирсон настаивал на том, что вы не выдержите переправы в Танжер на шлюпке лоцмана, и потому сэр Морган решил оставить вас здесь.

– Но почему меня не отвезли обратно, когда я начала поправляться?

Грейсон замялся.