Читаем Гора сокровищ полностью

— По-моему, лучше туда пешком пойти, они мотор могут услышать… — сказал Ромас, но Зигмас внес ясность:

— Далеко не убегут — шину-то я им… того.

Капитан одобрительно рассмеялся.

Газик укатил, а ребята стали наблюдать за происходящим с крутого обрыва. Вот на берегу засуетились, забегали… Хлопнула дверца машины, потом послышался громкий рев мотора, автомобиль с браконьерами рванул с места, проехал несколько метров и замер в кустах.

— Ага, ага! — обрадованно воскликнул Зигмас. — Если бы не я — пиши пропало! А теперь сцапают как миленьких!

Дальше ничего нельзя было рассмотреть — мешали деревья. Ребята отправились к палатке.

Костас нашел клад. Это случилось так неожиданно, что мальчик растерялся.

…Сначала он копал там, где велел археолог. На небольшом пятачке ничего, кроме гравия, не попадалось. Только сбоку земля была чуть темнее, и Костас обратил на это внимание. Понемногу расширяя границы площадки, мальчик осторожно снимал слой за слоем. Почва и там была темнее обычной. Вдруг лопатка уперлась во что-то твердое. «Камень», — подумал паренек и стал копать дальше. Сняв тонкий слой, он нащупал нечто шероховатое. Затаив дыхание, очистил по бокам землю — пожалуй, черепок. Но нет, когда поверхность предмета была очищена, оказалось, это сосуд с узким, словно перетянутым горлышком. Он лежал на боку: видно, многие сотни лет тому назад его положили на землю, да так и забыли. Костас зачарованно молчал, предвкушая, как обрадуется археолог Калпокас. Совершенно целехонькая амфора! Вот это удача! Это вам не черепки, из которых к тому же не всегда удается слепить что-нибудь путное. Он освободил из земляного плена уже половину сосуда. Нет, самому не стоит рисковать, нужно позвать руководителя, пусть закончит.

Однако случилось непредвиденное: мальчик неосторожно задел лопаткой за горлышко вазы, от нее отвалился кусок, и из сосуда, словно из рога изобилия, посыпались потемневшие от времени монеты.

Костас оцепенел, а спустя мгновение радостно закричал:

— Клад, клад! Я нашел клад!

Первым прибежал Калпокас, за ним, побросав лопатки, ринулись ребята. Все с восхищением смотрели на находку. Везет человеку! Без году неделя археолог, и на тебе!

— Ты, парень, видно, под счастливой звездой родился, — взволнованно сказал Калпокас.

Вместе с Костасом руководитель стал разглядывать клад: оказалось, это были монеты римской чеканки и относились они к началу нашей эры. Но как они попали сюда? Этого ученый пока не мог сказать. Осмотрев сосуд, они увидели, что горлышко его треснуло давным-давно. Достаточно было одного неловкого движения, чтобы оно отвалилось.

Пропажа предыдущего клада научила Пранаса Калпокаса осторожности. Он ссыпал монеты в полиэтиленовый мешочек, туго завязал его и оставил на стоявшем в середине ямы ящике рядом с другими находками. Затем отнес сосуд на то же место, положил в прежнем положении, сфотографировал и стал делать зарисовки на листе ватмана. До обеда археолог занимался только кладом.

Костас тоже прервал работу: он слонялся вокруг, останавливаясь то возле одного, то возле другого школьника. Потом долго наблюдал за тем, как кропотливо, не торопясь, трудится их руководитель. Мальчик все никак не мог позабыть тех чудесных мгновений, когда из сосуда хлынули неудержимой струей монеты… Эта картина долго потом преследовала его…

После обеда ребята разбрелись кто куда. Костас и старый ученый сидели на краю поляны. Рядом на траве лежал клад, с которым археолог не расставался ни на минуту.

— Да, ты в рубашке родился, — снова сказал Калпокас. — Мы тут бьемся, черепки собираем, а ты пришел — и сразу клад…

— Случайно, конечно, — смущенно произнес Костас.

— Может быть. Значит, твое счастье. И все же здесь нельзя без особого чутья. Другой бы ковырялся, где велено, а ты… Конечно, слишком громкое сравнение, но и в мировой практике бывали случаи… когда успех определяли самая настоящая интуиция и везение. Как удалось, скажем, Генриху Шлиману обнаружить и откопать Трою? Ведь он даже и не археолог, а самый обыкновенный торговец, кстати, родом из Клайпеды. Этот незаурядный человек знал немало языков, в том числе древних. Интуиция и убежденность, что в «Илиаде» и «Одиссее» Гомера описаны подлинные события, конечно, в поэтическом освещении, привели его в Грецию, на те холмы, где три тысячи лет тому назад процветала Троя. Нечто подобное случилось и с археологом Алькубиерре, которому чутье подсказало, где начать раскопки, — он вонзил лопату прямо в центре погребенного под огнедышащей лавой древнего города. Правда, много понадобилось времени, чтобы доказать: да, именно в этом месте Помпеи, и все же чутье сыграло решающую роль в открытии…

Услышав рассказ руководителя, ребята понемногу начали собираться в кружок — все с интересом ждали, что он расскажет еще.