Читаем Голые среди волков полностью

Во второй раз Апицу пришлось внести корректировки в рукопись, когда некоторые бывшие бухенвальдские заключенные высказали критические замечания относительно образа старосты лагеря Вальтера Кремера. Апиц учел замечания и решил ввести нового персонажа по имени Герберт Бохов, на которого перенес часть характеристик Кремера. Еще одну сложность представлял собой финал романа, над которым Апиц бился многие недели, сочетая официальную хронику освобождения лагеря с тем, что пережили лично он и его товарищи, хотя, как было отмечено выше, Апицу не довелось лично участвовать в восстании заключенных. В начале октября 1957 года Апиц отправил финальную редакцию в издательство, но фактически до завершения романа было еще далеко. В последующие пять месяцев Апиц продолжал вносить правки в текст, как на основании замечаний от редактора, так и по своим личным соображениям. В основном это касалось образа участников подпольного движения и их роли в освобождении лагеря. Например, при вычитке он исключил упоминание концлагеря Берген-Бельзен, которое подчеркивало, что члены ИЛК собирались отправить ребенка на верную смерть, и тем самым компрометировало их. В то же время не все замечания от издательства Апиц готов был учитывать, отвергнув ряд их правок.

Дискуссионным стал и выбор названия романа. Издательство отклонило вариант «Докажи, что ты человек!», предложенный Апицем при заключении договора. В свою очередь Апиц посчитал вариант издательства «Твердыня сердец» чересчур патетическим. Затем перебрали еще около десятка предложений, среди них: «День гнева», «Заново рожденные», «Стой прямо или сломайся!» На экстренном совещании руководства издательства, редакции и отдела рекламы нашли два новых варианта – «Когда воют волки» и «Голые среди волков», – дав Апицу право выбрать один из них.

Роман быстро прошел проверку Министерства культуры, и 3 апреля 1958 года было получено разрешение на печать. Власти были заинтересованы в публикации романа, желая приурочить ее к пятому съезду Социалистической единой партии Германии. Первый тираж романа распродали в кратчайшие сроки. Сенсационный успех удивил и автора, и издательство, и власти. Бруно Апиц создал историю, превратившуюся в универсальный символ антифашистского сопротивления.

Успех романа возвел Апица в ранг крупнейших современных писателей ГДР. В год публикации романа его наградили Национальной премией ГДР III степени, а за экранизацию 1962 года он и съемочная команда получили Национальную премию ГДР I степени. Он был желанным гостем и докладчиком на культурно и политически значимых мероприятиях, стал членом Немецкой академии искусств в Восточном Берлине и Восточного ПЕН-центра. В 1962 году ему даже организовали чтения в городах Западной Германии, однако на встрече с читателями Апица арестовали прямо на сцене и выдворили назад в ГДР. Этот эпизод лишь укрепил убеждение Апица, что политический курс ФРГ – это новая форма фашистского режима.