Анатолий Никитич Баранов — Голубые дьяволы

★ ★★

Над Тереком такое мирное голубое небо. И вдруг из спускающегося к реке городского переулка:

Вместе с песней скатывается на прибрежную гальку колонна пожилых, празднично одетых людей. Они стараются дружно чеканить шаг. При этом на груди у них звенят в лучах весеннего солнца ордена и медали военных лет.

— Батальон, стой! — подает команду шагающий сбоку колонны заметно прихрамывающий мужчина с довоенной короткой прической. — Разойдись!

Нет, это не ополченцы, а ветераны 8‑й гвардейской стрелковой бригады, съехавшиеся со всех краев нашей Родины на свою встречу в Моздок, в битве за который они стояли осенью 42‑го не на жизнь, а на смерть против бронированных полчищ Клейста. Было в то время этим поседевшим мужчинам и женщинам по двадцать и меньше лет.

— Гриша! Фельдман! Комиссар мой дорогой! — слышится из сгрудившегося у терской воды «батальона» радостный возглас. — Жив, голубчик?

— Кузнецова! Гвардии Маруся! Ты ли это, роднуля?

Гул взволнованных голосов, смех, щелканье фотоаппаратов.

А чуть в сторонке два убеленных возрастом приятеля выясняют после долголетней разлуки, кто из них старше.

— Ты с какого года?

— С двадцать второго.

— Ну, в таком случае ты салажонок против меня: я—с двадцатого.

— Зато у меня два инфаркта на счету, — подмигивает другу «салажонок».

— Да… — улыбается тот, кто постарше, — перещеголял, ничего не скажешь, у меня только камни в почке. А помнишь курган Абазу? Вот жарко было.

— И хотел бы забыть, да не забудешь. Пойдем посмотрим, где переправлялись тогда…

Ветераны войны, комсомольцы сороковых годов! Как хорошо, что вы надумали встретиться на месте своей боевой славы. Как это нужно порой — вот так походить вместе по затянувшимся шрамам ходов сообщений и блиндажей, вспомнить старых друзей, живых и мертвых.