Читаем Голубой огонь полностью

Она села в кровати и обхватила руками колени, покачиваясь взад-вперед в замешательстве и тревоге. Дом был таким пустынным, таким оторванным от мира. Однако в этом не было ничего нового. Внезапно ей пришлось честно признать, что он всегда был пустынным, даже когда Дэрк был дома. Влюбленность была волнующей, восхитительной, пылкой, безрассудной вещью, бескорыстной, как она всегда хотела верить. Но взросление любви было чем-то иным, и семейная жизнь, в которой любовь не взрослеет, лишается своей опоры. Любовь нужно было поддерживать, пока она реально существует. Но была ли реальна их совместная семейная жизнь, даже когда они находились в одном доме?

Маятник качнулся еще раз, вернув ее к прежним размышлениям. Что, если за Марой скрывается не ее отец? Что, если Дэрк? Дэрк толкнул ее на тропинке, натянул на ее голову отвратительную сетку и убежал прежде, чем мог быть узнан. Эту возможность она отметала сразу. Могла ли она осмелиться предположить это в поисках ответа? Когда ответ у нее будет — что дальше? Какая семейная жизнь, какая любовь, если это подтвердится?

В тишине внизу раздался телефонный звонок. «Пусть звонит», — подумала Сюзанна. Она ни с кем не хотела говорить. Но игнорировать звонок было нельзя. Могла прийти Вилли и посмотреть, почему она не отвечает, кроме того, для того чтобы звонить в такой час, нужно иметь веские причины. Она спустилась вниз и сняла трубку.

— Я скучаю по тебе, дорогая, — донесся до нее голос Дэрка через много миль из Йоханнесбурга.

Что-то затрепетало в ней и, вопреки всему, отозвалось радостью. Она любила его еще тогда, давно, будучи маленькой девочкой. И она любила его сейчас, женщиной. Меланхолия от одиночества, казалось, висевшая в воздухе, улетучилась, и она чувствовала только желание попасть в объятия Дэрка и уверенность в его любви.

— Ты приедешь завтра домой? — кричала она. — Мне здесь очень плохо без тебя!

Он говорил успокаивающе, нежно, но настойчиво. Дела ее отца нужно было закончить, и это займет больше времени, чем он предполагал. Он должен завтра заняться делами в Дурбане и, возможно, в Базутоленде. Поэтому он вернется через несколько дней.

— Отец планирует поездку по Кейпу, — сказала она грустно, сознавая, что это похоже на детское упрашивание. — Он хотел, чтобы ты был за рулем.

Дэрк рассмеялся:

— Меня нужно оберегать от путешествий в этом году. Поезжай с ним, дорогая, и доставь ему удовольствие. Дай ему возможность рассказать тебе обо всех достопримечательностях вдоль дорога и объяснить про кораблекрушения и штормы. Но только без меня. Не в этом году. Если хочешь, мы позднее совершим другое путешествие, вдвоем.

— С удовольствием, — сказала она. — Мы слишком мало бываем вместе. — Ей проще было говорить с ним за много миль через горы и степи, чем находясь в одной комнате, где он так быстро проявлял нетерпение.

— Я знаю, — сказал он с большой теплотой. — И мы должны исправить это. Давай прямо сейчас назначим дату, дорогая. Ты хотела взобраться на гору — я возьму тебя туда в тот же день, как только вернусь домой. Это я могу обещать,

На гору или куда-либо еще, ей было все равно, лишь бы быть рядом с Дэрком.

— Я люблю тебя, — сказала она. — Я буду ждать.

Когда он повесил трубку, она пошла наверх, ощущая тепло и волнение. Нет, это был не Дэрк! Что бы ни случилось — Дэрк здесь ни при чем. Она была в плохом настроении, потому что была одинока. Любовь, в конце концов, не ровное пламя. Оно подымается иногда выше, иногда ниже, в зависимости от многого. Если оно всегда будет подскакивать высоко и греть горячо, то бояться нечего.

Нет оснований думать, что кто-то стоит за Марой Белман. Или, если кто-то есть, он не имеет отношения к Проти-Хилл.

Она подошла к окну и рывком отодвинула занавески. Гора была на месте, над нею сверкали яркие звезды. Она слышала, что ее вершина похожа не незнакомый лунный ландшафт — лишенный растительности, обширный и страшный. Если бы она жила здесь, будучи постарше, она бы рано или поздно дошла до вершины, как и все кейптаунские дети, выбирая несложные тропы, не висевшие над пропастью. Однако на первый раз они с Дэрком воспользуются канатной дорогой. И непременно с чаепитием на вершине.

— До скорого свидания, — сказала она горе и отошла от окна.

Когда Дэрк приедет домой, она расскажет ему о визите Мары и об обыске в комнате. Она расскажет ему о найденных камнях, которые доверила Джону Корнишу. Маятник, сделав полное колебание, снова завис в верхней точке. Она готова была поверить, что он там и останется, вопреки законам гравитации.

В ту ночь она спала хорошо, и голубой огонь ей больше не снился.

Несколько последующих дней, пока она ждала возвращения Дэрка, прошли для нее спокойно. Это был своеобразный антракт, в течение которого она не занималась ничем и отметала все, что могло взволновать ее или навести на размышления. Не было необходимости решать эти проблемы в одиночку. Когда Дэрк приедет, она поговорит с ним. Он поможет ей. Он подскажет, что надо делать.