Читаем Голубой Лабиринт (ЛП) полностью

- Это называется остеотомия Лефорта. Вы, по сути, ломаете и перестраиваете лицо. Через этот же разрез в верхней десневой борозде, вы идете прямо до кости, делаете полный разрез, так она становится подвижной, и затем выдвигаете челюсть. Вводятся кусочки костной ткани из других областей тела, чтобы заполнить пустоты – обычно они берутся из черепа пациента или бедра. В случае с этим мужчиной есть шрам над подвздошным гребнем, и понятно, что введенную костную ткань взяли из его бедра. Как только эта процедура завершена, титановые пластины используются для фиксации челюсти в нужном положении. Вы можете увидеть здесь одну из них. Он указал на рентген.

- О Господи, - сказал Бономо. - Звучит больно.

- Скажите навскидку, как давно эти операции могли быть сделаны? – спросила Марго.

Лю повернулся к рентгеновским снимкам. - Это трудно сказать. Нижняя челюсть полностью зажила – можно увидеть здесь каллюс. Титановые пластины не были удалены, но опять же, такое бывает. Я бы сказал, по крайней мере, несколько лет назад, может и больше.

- Я насчитал четыре процедуры, - сказал Д'Агоста. - И вы говорите, что этого бы хватило, чтобы полностью изменить внешность человека?

- Остеотомии Лефорта было бы вполне достаточно, чтобы справилась с этой задачей.

- А на основе этих фотографий, компьютерной томографии и рентгеновских данных, можете ли вы обратить вспять эти изменения? Показать нам, как выглядел этот парень до всех этих работ?

Лю кивнул. - Я могу попробовать. Сердцевина переломов и размеры разрезов в слизистой оболочке выглядят достаточно ясными. Мы можем работать оттуда в обратном направлении.

- Прекрасно. Пожалуйста, поработайте здесь с Терри Бономо и посмотрим, сможем ли мы получить изображение настоящего лица этого парня, - Д'Агоста обратился к эксперту по идентификации. – Думаешь, сможешь проделать такое?

- Черт побери, да, - сказал Бономо. - Если доктор расскажет мне детали, это наверняка позволит преобразовать лицевую биометрию. У меня уже загружен в программу каркас и 3Д композиты головы преступника; теперь мне просто нужно взять свой стандартный порядок операций и запустить его, так сказать, вспять.

Пока Марго наблюдала за ними, доктора Лю сел рядом Бономо и вместе – сгорбившись над ноутбуком – они начали пересматривать лицо убийцы, по сути, сводить на нет работу какой-то неизвестного пластического хирурга, проведенную много лет назад. Снова и снова Лю возвращался к фотографиям вскрытия, или распечаткам рентгена и томографии, пока они кропотливо изменяли различные параметры щек, подбородка, носа и челюсти.

- Не забудь сделать русые волосы, - напомнил Д'Агоста.

Двадцать минут спустя Бономо с торжественным размахом нажал клавишу на ноутбуке. - Давайте дадим ему время, чтобы создать изображение.

Марго услышала, как ноутбук издал щебет примерно через тридцать секунд.

Бономо повернул ноутбук к доктору Лю, который пару мгновений рассматривал образ, и затем кивнул. А потом Бономо развернул ноутбук еще, на это раз так, чтобы Марго и Д'Агоста могли видеть экран.

- Боже мой, - пробормотал Д'Агоста.

Марго была в шоке. Пластический хирург был прав – изображение выглядело, как совершенно другой человек.

- Я хочу, чтобы ты сделал его модель с нескольких ракурсов, - сказал Д'Агоста Бономо. - Дальше загрузки изображения в базу данных департамента. Мы прогоним их через программу распознавания лиц, посмотрим, есть ли там это лицо.

Он повернулся к Лю. - Доктор, большое спасибо за то, что уделили нам ваше время.

- С удовольствием.

- Марго, я вернусь, - и без лишних слов он встал и вышел из номера судебно-медицинской экспертизы.

Менее чем через двадцать минут Д'Агоста вернулся. Его лицо слегка порозовело, и он запыхался.

- Черт возьми, - сказал он ей. - Мы нашли совпадение. Вот так просто.

Глава 43

Пендергаст припарковался на стоянке для посетителей санатория Piz Julier и заглушил двигатель. Стоянка была пустой, как он и ожидал – восстановительный курорт находился в отдалении, был крошечным и избирательным. На самом деле, в данный момент в санатории был только один пациент.

Он вышел из машины – двенадцатицилиндрового Ламборджини Галлардо Авентадор, и медленно направился к дальнему краю парковки. За ее пределами, далеко внизу, зеленые края Альп простирались до швейцарского курортного города Санкт-Мориц, с такого расстояния кажущегося практически идеальным и красивым. На юге возвышалась Пиц Бернина, самая высокая гора в восточных Альпах. Овцы мирно паслись на склонах и выглядели как крошечные белые точки.

Он повернулся и направился к санаторию – красно-белому сооружению с золоченой лепниной и цветочными ящиками под окнами. Несмотря на то, что он был все еще довольно слаб и нетвердо стоял на ногах, наиболее серьезные симптомы боли и душевного потрясения, которое он испытал в Бразилии, поутихли, по крайней мере, временно. Он даже отказался от своего плана взять водителя, и вместо этого арендовал автомобиль. Он знал, что Ламборджини бросался в глаза и был совсем не в его стиле, но решил, что скорость и управление автомобилем на горных дорогах помогут очистить разум.