Читаем Голубой горизонт полностью

– Иди первый. Когда они доберутся до воды, лошади захотят плыть прямо к берегу. Твоя задача – помешать им.

Они с тревогой наблюдали, как Зама по созданной природой дороге вошел в воду. Вначале вода доходила ему до колен, потом до пояса. В конце концов ему даже не пришлось прыгать с моста: быстрое течение просто унесло его. Он упал в воду двадцатью футами ниже и исчез, как показалось зрителям, на целую вечность. Потом из реки показалась его голова, Зама поднял руку и помахал. Джим повернулся к Луизе.

– Готова? – спросил он. Она вздернула подбородок и кивнула. Девушка ничего не сказала, но он видел страх в ее глазах. Луиза решительно направилась к краю воды, но Джим не мог позволить ей идти одной. Он взял ее за руку, и на этот раз девушка ее не отняла. Бок о бок они вошли в воду и так двигались, пока вода не достигла колен. Здесь они остановились, слегка покачиваясь, Джим приготовился держать ее.

– Я знаю, ты плаваешь, как рыба. Видел, – сказал он.

Она посмотрела на него и улыбнулась, но ее глаза были огромными и темными от ужаса. Джим отпустил ее руку, и Луиза без колебаний нырнула вперед и мгновенно исчезла в брызгах и грохоте. Джим почувствовал, что его сердце уходит с ней, и, застыв от страха, смотрел вниз.

Но вот из потока пены показалась ее голова. Луиза засунула шляпу за пояс, и ее волосы распустились. Они падали ей на лицо, как полотнище блестящего шелка. Она посмотрела на Джима, и, как это ни невероятно, он увидел, что она смеется. Грохот водопада заглушал ее голос, но он прочел по губам: «Не бойся. Я тебя поймаю».

Он с облегчением расхохотался.

– Дерзкая девчонка! – крикнул он в ответ и вернулся на берег, где Баккат держал лошадей. Он начал отпускать их по одной, первой Трухарт, самую послушную. Кобыла видела, как прыгнула Луиза, и пошла с готовностью. Она упала в воду с громким всплеском. И как только вынырнула, направилась к берегу. Но Луиза подплыла к ее голове и повернула вниз по течению. У края омута дно поднялось, и они смогли встать на ноги. Луиза помахала рукой, давая Джиму знать, что все в порядке. Шляпу она надела на голову.

Джим повел остальных лошадей. Две другие кобылы, Ворона и Апельсинка, пошли без понуканий. Жеребцы Олень и Холодок вначале упирались, но Джим заставил их прыгнуть. Как только они коснулись воды, к ним подплыл Зама и направил вниз по течению, где посередине реки по пояс в воде ждала Луиза.

Драмфайр наблюдал за тем, как прыгают другие лошади, и, когда пришла его очередь, решил, что не желает участвовать в таком безумии. Посреди каменной дамбы, над кипящей водой, он устроил с Джимом состязание воль. Он вставал на дыбы, терял равновесие, восстанавливал его, пятился и мотал головой. Джим цеплялся за него, отчаянно бранясь и оскорбляя жеребца, но сохраняя ласковый, успокаивающий тон.

– Ты, безмозглая тварь. Я из тебя сделаю приманку для львов.

В конце концов он сумел повернуть голову жеребца так, что тот мог прыгнуть. Сев верхом, он оттеснил Драмфайра к краю, а остальное доделало течение. Они упали вместе, и за время долгого падения Джим высвободился. Если бы Драмфайр упал на него, то раздавил бы, но Джим отпрянул в сторону и, как только из воды показалась голова жеребца, схватил его за гриву и поплыл вниз по течению, туда, где стояли Луиза и остальные кони.

Баккат в одиночестве сидел на верху водопада. Он сделал Джиму знак следовать дальше вниз по течению, а потом прошел вдоль черного пласта, повторно осматривая его поверхность, чтобы убедиться, что не пропустил никаких следов.

Удовлетворившись в конце концов, он достиг места, где табун переправился через реку. Здесь он сотворил заклинание, ослепляющее врага. Поднял свою кожаную набедренную повязку и помочился, поворачиваясь кругом, при этом попеременно зажимая струю большим и указательным пальцами.

– Ксиа, убийца невинных женщин, этим заклинанием я закрываю твои глаза, и ты не разглядишь даже солнце в полдень.

Он выпустил мощную струю.

– Ксиа, любимец темных духов, этим заклинанием я закрываю твои уши, чтобы ты не слышал даже топот диких слонов.

От усилий пустить струю он испустил газы, высоко подпрыгнул и рассмеялся.

– Ксиа, не знающий обычаев и традиций собственного племени, этим заклинанием я запечатываю твой нос, так что ты не почуешь даже запах собственного дерьма.

Опустошив мочевой пузырь, он откупорил один из рогов антилопы-дукера, висевший у него на поясе, вытряхнул серый порошок и развеял его по ветру.

– Ксиа, мой враг до самой смерти, я притуплю твои чувства, так что ты пройдешь по этому месту и не заметишь раздвоения следа.

Наконец он поджег от своего глиняного горшка для переноски огня ветку и помахал ею над следом.

– О, Ксиа, безымянная грязь и помет, я скрываю этим дымом свой след, чтобы ты не смог по нему пойти.

Наконец удовлетворенный, он взглянул на дно долины и увидел, как Джим и остальные уводят лошадей, держась середины быстрого ручья. Они не выйдут из воды, пока не достигнут выбранного им места, почти в лиге ниже по течению. Баккат видел, как они исчезли за поворотом реки.