Читаем Голубая искра полностью

– Сеня, дай мне время. Во всяком случае, эту проблему я буду обсуждать не с рядовым следователем.

Неделю спустя Лиза и Арсений выходили из торгового центра, нагруженные покупками. На них оборачивались, многие узнавали. Лиза стала знаменитостью: историю о чудесной находке колокола опубликовали не только местные, но и столичные газеты. Телеканалы передавали репортажи с места события, Лизу снимали на фото– и телекамеры. Ни одна криминальная история не имела такого резонанса; огласку она получила благодаря невероятной развязке, когда православный колокол указал местонахождение похищенной девушки. Несмотря на то что еще не всплыла подоплека всех преступлений, начавшихся с убийства Крымова, Лизе уже звонили отовсюду, писали в почту, приглашали на работу в престижные организации. Рядом с именем Лизы все чаще упоминалось имя Арсения Кравцова. Работодатели были не прочь заполучить сразу двух ярких талантливых ученых, поэтому Арсений с Лизой что ни день рассматривали очередное выгодное предложение.

Рагдай вернулся домой, пока выходил только в сад или подолгу лежал у камина, положив голову Лизе на колени. Чтобы не обидеть Ская, пришлось пускать в дом и его, только одетый в толстую шубу самоед не любил долго оставаться в натопленном помещении, он уходил в холл и ложился на холодную плитку у двери.

Элла Леонидовна готовилась к свадьбе сына, составляла список гостей, рассылала приглашения. По настоянию врачующихся дед Черенок также получил приглашение на свадьбу. Бедный старик потерял покой и сон, приходил к Дусе, показывал старомодный костюм, извлеченный из нафталина, советовался, как одеться.

Сама Дуся приготовила для себя строгое платье, которое не помешало бы выполнять ее обязанности. Она не собиралась отказываться от места, хоть и являлась родной тетей невесты.

– Это моя работа, – говорила она. – Так к этому и относитесь.

Элла Леонидовна сделала над собой усилие и забыта слово «прислуга». К тому же было совершенно не ясно, где после свадьбы будут жить молодые, уедут ли в Москву или останутся в Вольшанках. Сейчас они ни о чем не могли думать, кроме предстоящей свадьбы, после чего намеревались ехать в свадебное путешествие за границу.

У Эллы Леонидовны было много причин для волнения – годами налаженная жизнь пришла к повороту. Что будет дальше, никто не знал…

Лиза и Арсений набили покупками багажник, сели в машину и поехали домой.

Лес вдоль автострады стоял весь белый, укутанный толстым слоем свежего нетронутого снега. Лиза смотрела в окно и думала: недаром люди, живущие близко к природе, сочиняют сказки, предания, легенды. Глядя на проплывающие мимо волшебные пейзажи, невольно поверишь, что где-то в чаще бродит старец Савелий, наведывается по ночам в деревни, заглядывает к землякам в окна. А кто-то по вечерам слышит тихое стройное пение со стороны разрушенного храма.

Рогозин сказал, храм будут восстанавливать, история с колоколом привлекла к проблеме внимание общественности и правительства. Дай-то Бог! Может, и на умирающие деревушки обратят внимание…

С их машиной поравнялся грузовик, посигналил. В окно высунулась веселая физиономия водителя Гены. Он помахал рукой, предлагая остановиться.

– Что ему надо? Холодно ведь, – поежился Арсений. – Ладно, скажу заодно, чтобы к нам не заезжал. И так всего полно.

Машины встали на обочине. Лиза вышла, кутаясь в новую шубу, подаренную Арсением.

– Приветствую! – Геннадий спрыгнул с подножки. – Тебя-то, Елизавета, мне и надо. Остановил вас, не мог утерпеть. Я тут о тебе кое-что узнал, Лиза. Может, оно тебе и не особо важно, но все ж дай, думаю, скажу. Старик мой тебя по телевизору видел в связи с нашумевшей историей. Он ее близко к сердцу принял, сам-то острюхинский, помнишь, я тебе говорил?

– Помню, Гена, – кивнула Лиза.

– Так вот, помимо всего прочего шибко он твоей личностью заинтересовался, стал выспрашивать кто такая, откуда. Я и скажи, что мать твоя тоже родом из Острюхина. Он сразу: Лида Колыванова! Тут я фамилию вспомнил, ты мне ее называла. Подтвердил, что не ошибся батя. Он маму твою хорошо знал и всю семью Колывановых. Ты, оказывается, здорово на свою бабку похожа. Батя ударился в воспоминания, рассказывал много. Я прямо заслушался. А он вдруг возьми и скажи:

«Лиза, стало быть, кости своего предка нашла».

«Как это, – говорю, – то же дьякон Савелий, разве у него были дети? Дьякону по сану жениться не положено».

«Ему не положено, а у брата его были дети, два сына и дочь Анфиса. Сыновья в Отечественную погибли, а Анфиса вышла за Петра Колыванова. Лизе она бабушкой приходится».

– Правда, – пробормотала Лиза. – К бабушке Анфисе я на могилу ходила. Вот так история! Сеня, ты слышишь?