Волынка Мунро снова начала завывать, когда он двинулся к пику.

Часть вторая

МОЗГ

ГЛАВА КОРПОРАЦИИ

Цзюлун, Гонконг

четверг 18 марта 1987 г. 11:50 пополудни

Гонконг – словно фурункул на крестце Китая, словно гнойный колониальный памятник, воздвигнутый в честь алчности.

Став обитаемым благодаря торговле опиумом в 1841 году, остров был отнят у Китая капитаном Чарльзом Эллиотом в качестве компенсации за тысячу ящиков британской "иноземной глины", конфискованных в Кантоне. Лондон был так раздосадован, получив этот "голый остров без единого дома на нём", что Эллиот закончил свою карьеру в качестве генерального консула в Техасе.

Начиная с того незавидного зарождения и вплоть до сегодняшних дней колония существовала исключительно ради извлечения прибыли.

Гонконг – это джунгли, в которых коммерция превалирует над человечностью, решив обеспечить всем, чем угодно. Движение опиума в Бенгалию положило начало первому гону[8] и задало не считающийся ни с чем тон в его деловой этике. Пираты, эксплуататоры, контрабандисты, преступники и разложившиеся элементы без труда вжились в капитализм. Непрерывная погоня за деньгами превратила эту «голую скалу» в то, чем она является сегодня, причём лязг абордажных сабель, дым мушкетов и флибустьерское чванство остались. Пираты старых времён превратились в салонных головорезов.

Гонконг – это колония без избранного правительства. Звание академика здесь пустой звук, не более. Здесь богатство, а не родословная и воспитание, создает человека. "Сколько у тебя денег?" – вот мерило достоинств человека. Гордость, скупость, высокомерие, алчность, зависть, роскошь и ненасытность образуют его "лицо". Недостатки в любом другом месте здесь являются достоинствами.

Игра заключается не в том, чтобы сравняться с Чанусом и Лисом, а в том, чтобы переплюнуть их в безвкусной кичливости богатством. В гордости, в подчёркнутом высокомерии никому не сравниться с колониальной элитой. Шофёры в розовой форме возят на розовых лимузинах женщин в розовых норках. Его-её роллс-ройсы, вкрадчиво мурлыча, взбираются на Пик, где статус определяется тем, что ты живёшь выше кого бы то ни было. Представители Кристи и Сотби приезжают сюда на аукционы бесценных предметов античного искусства, опасаясь, что гонконгцы, которые захотят чего-либо, пожелают это, не считаясь с ценой, лишь бы перехватить это у кого-то другого, кто также жаждет этого.

Ещё не так давно нувориши были портными, нищими, птичниками и другими неудачниками. Сегодня каждый уличный торговец мечтает о дне, когда станет носить сорочки с монограммами из Италии и шёлковые галстуки из Франции.

Колония существует в беспокойное время в беспокойном месте.

Пока стрелки часов приближаются к 1997 году, растёт понимание ситуации.

Отчаянное хватай-пока-можешь вызвало такую панику, что все, и богатые и нищие, стараются сэкономить каждый цент на любых второстепенных нуждах.

В то время как беженцы приезжают, богачи эмигрируют, помещая свои деньги за морем, чтобы купить зарубежные земли.

Срединное Царство вступило в пору своего заката.

Появились Новые Колониалисты.

Поднявшие Боксёрское восстание намеревались повернуть ход истории вспять. После Опиумных Войн в 1840—1850 гг. иностранцы в Китае делали всё, что им вздумается.

В конце девятнадцатого столетия засуха, голод, наводнения и войны разом навалились на Срединное Царство. Боксёры сформировались в провинции Шандонг, как движение крестьян-подёнщиков, восставших против императорской власти. Перед началом битвы они принимали "боксёрскую стойку", типичную для боевых искусств.

На китайском их название означало "Кулак во имя справедливости и согласия".

Лозунгом боксёров было "Свергнуть власть императора; уничтожить иностранцев".

Чужаков обвиняли в том, что они сердят духов и гневят богов. В октябре 1899 года боксёры потерпели поражение от правительственных войск. Император видел в восставших средство вышвырнуть из Китая иностранцев, и поэтому в последние дни столетия боксёры и правительство образовали союз, в котором каждый из союзников ненавидел другого.

Сжигая церкви и разрушая железные дороги, боксёры казнили миссионеров и других иностранцев. В 1900 году они начали осаду зарубежных дипломатических миссий, сконцентрированных в Бейине, в то время, как император объявил войну Германии, Франции, Соединённым Штатам, Японии и Италии. Колониальные силы были усилены посылкой новых войск, и, в очередной раз униженный, Китай потерпел поражение.