Читаем Головоломка полностью

Пока жильцы отрывали листочки с настенного календаря, а Борис помахивал мизинцем, рукотворная гора постепенно переселилась в квартиру к своему создателю. Тут-то забеспокоился беспокойный Иваныч, запрыгал, как кузнечик по инстанциям и добился, чтобы мусор с помощью специального пылесоса (до чего техника дошла, а!) выдули из соседской квартиры и вернули на законное место под окнами. Так как балкон Фёдора Ивановича выходил на противоположную сторону дома, то свалка под окнами ему ничуть не мешала. Тут возмутились те, кому повезло меньше, чем Ивановичу, и чьи балконы выходили на новоявленную гору. Они вдвое быстрее старичка забегали по инстанциям по принципу «одна нога здесь, другая там». В конечном итоге компромисс был найден: дом развернули, и дурно пахнущим отходам, ежедневно собирающим вокруг себя мух и прочих носителей инфекций, стало попросту не для кого пахнуть. Все жители повернулись к ним спиной, по примеру Бориса. Гора прописалась на постоянное место жительства в этом дворе.

А что же виновник творившегося безобразия? Он тихо умер на своём диване, который печально скрипнул, провожая хозяина в последний путь. О том, что с Борисом случилось несчастье, быстрее всех узнал лишь вездесущий Фёдор Иванович, который услышал тошнотворный запах, доносившийся из соседской квартиры.

Откуда мне всё это известно? – спросите вы. Что ж, я охотно вам отвечу. После смерти Бориса, его квартиру выставили на продажу за сущие копейки. Я повелась на дешевизну и по глупости купила её. Недавно, убираясь в дальней комнате, я наткнулась на выцветшую обёртку из-под чипсов. Выбрасывая свою находку в распахнутое окно, я уронила её на голову Фёдору Ивановичу. Он-то мне всё и поведал со всеми подробностями.


Исповедь пылесоса Гоши


Добрый день, меня зовут Гоша. Я старый, никому не нужный пылесос, который давно хотят выбросить на помойку, но всё руки не доходят. Меня произвели в Стране восходящего солнца пять лет назад. Немного я постоял в магазинном прилавке, а потом меня купила моя Хозяйка – аккуратная женщина, чистюля, борец за каждую пылинку. Всё это время я верой и правдой служил ей, втягивал каждую соринку – от хлебных крошек до забытых под диваном носков. Всё оказывалось внутри меня. Иногда Хозяйка доставала мешок и вытряхивала оттуда содержимое. А Хозяйкин муж один раз даже замотал скотчем мой шланг, который грозился поломаться. Одним словом, меня любили, холили и лелеяли. Но в один прекрасный день…

В тот день мне с утра нездоровилось. Я чихал втянутыми накануне пуговицами, затем выплюнул яблочный огрызок. Хозяйке это явно не понравилось – она сердито поставила меня обратно в шкаф, бесцеремонно сжав мой шланг, затем достала веник, стараясь вызвать мою ревность. Пыль в моём животе урчала, не давая мне покоя. Гробовая тишина, царившая в шкафу, давила на меня, перемотанного изолентой вдоль и поперёк. И тогда я решился на побег. Но, к сожалению, моих сил хватило только на то, чтобы доползти до входной двери. С дверным замком я справиться не смог и, провожаемый издевательским улюлюканьем стиральной машинки и микроволновки, с позором вернулся в шкаф.

С годами я утратил своё мастерство: втягивать самые малюсенькие сориночки, которые в молодости мне давались на раз-два, с каждым днём становилось всё тяжелее. Микроволновка стала распускать слухи, что Хозяйка подыскивает мне замену.

Запуганный до смерти, я снова стоял в своём тёмном шкафу, ожидая уборки. Но меня не позвали ни на следующий день, ни через неделю, ни через месяц. Напрасно я обмотал шланг прозрачным скотчем. Меня заложили вещами, обставили коробками, а потом и вовсе выставили на балкон. Здесь очень холодно, от постоянного сквозняка я заработал ревматизм.

В завершении своего сбивчивого рассказа хочу обратиться к Вам, дорогие читатели. Может быть, у кого-нибудь дрогнет сердце, и вы приютите старика.



Подарок феи Альшу


Жили-были три ёжика: Ёжик-папа, Ёжик-мама и Ёжик-сыночек. Как-то раз, когда тёплое лучистое солнышко хотело убежать за линию горизонта, Ёжик-сыночек спросил у Ёжика-мамы:

– Где ты меня нашла?

Ежиха задумчиво почесала за ушком и не спеша начала рассуждать:

– Капуста в нашем лесу не растёт, так?

Маленький Ёжик согласно закивал головой.

– Значит, нашла я тебя не в капусте.

– …не в капусте, – эхом отозвался малыш.

– Аисты у нас тоже не летают, – продолжала Ежиха, – тогда остаётся одно – мне подарила тебя добрая фея! Она прилетела ко мне во сне. А утром, когда я проснулась и пошла приготовить завтрак, в маленькой кастрюльке обнаружила тебя! Рядом лежала записка: «Мама и папа! Я дарю вам сыночка! Добрая фея Альшу».

– Фея! – восторженно выдохнул Ёжик-сыночек. Он кое-что придумал и попросил у мамы: можно я немножко поиграю с друзьями на полянке?

– Беги, только не далеко от дома. Скоро будем ужинать!

На полянке Ёжик увидел своих приятелей Бельчонка и Крольчонка. Они встретили его доброжелательно и тут же пригласили поиграть с ними в прятки.

Перейти на страницу:

Похожие книги

10 мифов о 1941 годе
10 мифов о 1941 годе

Трагедия 1941 года стала главным козырем «либеральных» ревизионистов, профессиональных обличителей и осквернителей советского прошлого, которые ради достижения своих целей не брезгуют ничем — ни подтасовками, ни передергиванием фактов, ни прямой ложью: в их «сенсационных» сочинениях события сознательно искажаются, потери завышаются многократно, слухи и сплетни выдаются за истину в последней инстанции, антисоветские мифы плодятся, как навозные мухи в выгребной яме…Эта книга — лучшее противоядие от «либеральной» лжи. Ведущий отечественный историк, автор бестселлеров «Берия — лучший менеджер XX века» и «Зачем убили Сталина?», не только опровергает самые злобные и бесстыжие антисоветские мифы, не только выводит на чистую воду кликуш и клеветников, но и предлагает собственную убедительную версию причин и обстоятельств трагедии 1941 года.

Сергей Кремлёв

Публицистика / История / Образование и наука
1993. Расстрел «Белого дома»
1993. Расстрел «Белого дома»

Исполнилось 15 лет одной из самых страшных трагедий в новейшей истории России. 15 лет назад был расстрелян «Белый дом»…За минувшие годы о кровавом октябре 1993-го написаны целые библиотеки. Жаркие споры об истоках и причинах трагедии не стихают до сих пор. До сих пор сводят счеты люди, стоявшие по разные стороны баррикад, — те, кто защищал «Белый дом», и те, кто его расстреливал. Вспоминают, проклинают, оправдываются, лукавят, говорят об одном, намеренно умалчивают о другом… В этой разноголосице взаимоисключающих оценок и мнений тонут главные вопросы: на чьей стороне была тогда правда? кто поставил Россию на грань новой гражданской войны? считать ли октябрьские события «коммуно-фашистским мятежом», стихийным народным восстанием или заранее спланированной провокацией? можно ли было избежать кровопролития?Эта книга — ПЕРВОЕ ИСТОРИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ трагедии 1993 года. Изучив все доступные материалы, перепроверив показания участников и очевидцев, автор не только подробно, по часам и минутам, восстанавливает ход событий, но и дает глубокий анализ причин трагедии, вскрывает тайные пружины роковых решений и приходит к сенсационным выводам…

Александр Владимирович Островский

Публицистика / История / Образование и наука
10 заповедей спасения России
10 заповедей спасения России

Как пишет популярный писатель и публицист Сергей Кремлев, «футурологи пытаются предвидеть будущее… Но можно ли предвидеть будущее России? То общество, в котором мы живем сегодня, не устраивает никого, кроме чиновников и кучки нуворишей. Такая Россия народу не нужна. А какая нужна?..»Ответ на этот вопрос содержится в его книге. Прежде всего, он пишет о том, какой вождь нам нужен и какую политику ему следует проводить; затем – по каким законам должна строиться наша жизнь во всех ее проявлениях: в хозяйственной, социальной, культурной сферах. Для того чтобы эти рассуждения не были голословными, автор подкрепляет их примерами из нашего прошлого, из истории России, рассказывает о базисных принципах, на которых «всегда стояла и будет стоять русская земля».Некоторые выводы С. Кремлева, возможно, покажутся читателю спорными, но они открывают широкое поле для дискуссии о будущем нашего государства.

Сергей Кремлёв , Сергей Тарасович Кремлев

Публицистика / Документальное