Радость и Печаль ждали, спрятавшись за камерой. Они натянули один большой костюм собаки на двоих.

– Готова? – прошептала Радость.

– Сомневаюсь, что её разбудит сладкий сон. А вот если мы её напугаем...

Радость не дослушала.

– Просто иди за мной. Пошли! – Радость потянула за собой Печаль. Они выпрыгнули в кадр, прыгая по-собачьи и лая.

Режиссёр забегала глазами по листкам сценария, пытаясь найти сцену с собакой.

– Это кто вообще? – бормотала она себе под нос.

Радость и Печаль продолжали прыгать по классу в костюме собаки, гавкать, облизывать школьников и создавать веселье. Радость взглянула на индикатор сна: стрелка по-прежнему была на отметке «Райли спит». Она подала знак Бинго-Бонго, и он выпустил связку воздушных шариков; разноцветным градом они сверху падали на учеников.

– Ура! – кричала Радость. – Давайте веселиться! Давайте танцевать! Э-ге-гей!

Бинго-Бонго хлопнул хлопушкой, с потолка посыпались конфетти!

Страх, сидя перед экраном в Главном управлении, заметно оживился.

– О, праздник! – одобрил он, разглядывая весёлую собачку, которая скакала в окружении воздушных шариков и конфетти.

– Радость, ты же видишь, не работает, – подсказывала Печаль.

Бинго-Бонго, приплясывая за кадром, случайно толкнул прожектор. Декорации повалились набок.

А в довершение всего костюм собаки порвался напополам. Радость неуклюже металась, стараясь соединить костюм обратно. Всё это снимала камера.

– Печаль, что ты творишь? Вернись!

Из-за фильтра искажённой реальности казалось, будто настоящая собака разделилась пополам, и две половинки собаки забегали по классу, пытаясь поймать друг дружку.

Страх подпрыгнул и плеснул чаем из кружки на пульт.

– Это просто сон, это просто сон, это просто сон, – повторял он, успокаивая себя.

Он повернул ручку на пульте управления, Райли заворочалась в кровати.

Режиссёр наблюдала кошмарную сцену в ужасе.

– Они пытаются её разбудить! Охрана!

Радость схватила Печаль за руку и стала ругаться:

– Это всё ты! Ты пытаешься её разбудить!

– Смотри, получается! – Печаль показала на индикатор сна. Стрелка сдвинулась в сторону отметки: «Пробуждение».

– Ух ты! – не сдержалась Радость.

Больше ничего сделать они не успели: ворвалась охрана. Режиссёр показала на Бинго-Бонго, Печаль и Радость:

– Самозванцы! Взять их!

Печаль первой сообразила, что к чему, и потащила Радость за кулисы.

– Ни с места, – крикнул первый охранник.

Второй схватил Бинго-Бонго и прижал к земле.

– Ай! Больно! – кричал слон.

– Камера назад! Назад! – кричала режиссёр.

Оператор отъехал с камерой подальше от жуткого зрелища, происходившего в павильоне. Теперь в кадре была Радужная Единорожка, у которой выдалась минутка перекусить в декорациях волшебного леса.

Страх возмутился, разговаривая с экраном:

– Сюжет никуда не годится.

Радость и Печаль издалека видели, как охранники увели Бинго-Бонго. Он продолжал сжимать в руках сумку с ключевыми воспоминаниями. Его тащили к массивным, мрачного вида воротам.

Глава 16

– У него ключевые воспоминания, – прошептала Радость.

Охранники открыли ворота. В проёме показалась полоска тусклого света, из-за ворот донеслись леденящие душу звуки: грохот, вой, визг, рычание и цирковая музыка.

– Туда мы не пойдём. Я не могу. Пожалуйста! Я боюсь темноты. – Бинго-Бонго упирался, но его впихнули внутрь, и ворота за ним захлопнулись.

– Пошли. – Радость взяла Печаль за руку. Следом за охранниками они крадучись спустились по каменным ступеням.

– Что это за место? – спросила Радость.

– Подсознание, – ответила Печаль. – В инструкции написано, что там держат тех, кто приносит беспокойство.

Радость и Печаль замедлили шаг, проходя мимо охраны.

Двое охранников увлечённо ссорились, не замечая ничего вокруг.

Радость и Печаль прокрались мимо них на цыпочках. Печаль потянула ворота на себя, и тут охранники наконец их заметили.

– Эй, ты! – крикнул один.

– Ой, нас поймали! –- Печаль притворилась, будто только что вышла из Подсознания.

– А ну, быстро обратно! Отсюда не сбежишь! – нахмурился второй охранник. Вместе они втолкнули Радость и Печаль внутрь и заперли за ними ворота.

– Ох, не нравится мне здесь, – прошептала Печаль, осторожно продвигаясь в глубь странного помещения. – Здесь держат самые глубинные страхи Райли.

– Брокколи!

Радость отшатнулась в испуге. Устрашающе скрипнула дверь, и взору открылась тёмная лестница, ведущая вниз. Печаль и Радость хором закричали.

– Лестница в подвал! – воскликнула Печаль, и они обе стремглав бросились наутёк.

Но ещё сильнее они завопили, когда за ними погнался гигантский пылесос!

– Бабушкин пылесос! – Радость узнала его. Пришлось спрятаться от преследователя за скалой.

Когда они пришли в себя настолько, что смогли пошевелиться, у них под ногами раздался резкий хруст. Хруп! Хруп!

– Потише нельзя? – Радость обернулась к Печали. – Зачем так ногами-то шаркать?

– Это не я! – шёпотом ответила Печаль.

Оказалось, что пол у них под ногами усыпан конфетами в хрустящих обёртках. Конфетная дорожка вела в клетку, сделанную из длинных цветных воздушных шариков. Клетка стояла на вершине высокого холма, а внутри сидел Бинго- Бонго и горько плакал.