Читаем Голоса Мёртвых полностью

Роуз отвел взгляд и снова забарабанил пальцами по подлокотнику. Внезапно. Очень спокойно и откровенно. Совершенно не характерно для Аккилы. Но кое-что осталось прежним – она опять права.

– Кадж! – Капитан повысил голос, но не обернулся. – Ты тоже так считаешь?

– Да, босс, – откликнулся оружейник, сидевший в своем кресле за пультом вооружения. – Свободный поиск. Одиночная миссия. Задание для рейнджеров, уходящих на специальное задание. Там… Часто бывает, что ты один на один со всяким дерьмом, и всякие уставы идут к черту. Ты делаешь то, что должен сделать, потому что цель оправдывает средства.

– И ты бывал на таких миссиях? – осторожно осведомился Роуз.

– Бывал, – так же осторожно ответил Кадж. – В молодости. Все нормально, кэп. Такое случается.

– Ясно, – сухо отозвался капитан. – Нав?

– Мы все в одной лодке, – печально проговорил связист. – Нам было послано испытание, и мы в пути. Ты ведешь нас, капитан, а мы идем следом. На этом пути не до инструкций, их мы нарушили уже сотню раз. Мы должны сделать то, что нам предназначено, капитан. И мы идем с тобой.

– Зараза, – Роуз вздохнул. – Слишком много «мы» и подозрительное единодушие экипажа. Могул! Ты тут?

– Всегда с вами, капитан. – Голос металлическим эхом разнесся по рубке. – Вы были правы, когда сказали, что есть вещи, которые может сделать только наш отряд. И поэтому их нужно сделать. КЛК07 больше не военная единица Союза Систем. Мы – ваш экипаж.

Роуз откинулся на спинку кресла, прожигая взглядом экран с изображением медленно вращающегося шара нелегальной жилой станции. Конечно, на борту «Кляксы» всегда дозволялись некоторые вольности, все-таки они элита, специальная группа, а не пехотное мясо. Но теперь, похоже, отброшены все условности. И он сам отбросил их, когда дал приказ идти дальше вместо того, чтобы вернуться на базу после выполнения задания. Если они вернутся живыми, его, скорее всего, ждет трибунал. Если еще остались те, кто может этот трибунал собрать.

Неприятная мысль охладила пыл. Трибунал трибуналом, но сейчас у них совершенно другой повод для беспокойства.

– Значит, вы со мной, – подвел итог Роуз. – Хорошо. Приказ первый. Больше не думаем о штабе, его помощи и его задании. У нас своя миссия. Действуем по обстоятельствам, чтобы выжить и разобраться, что происходит и как это прекратить. Приказ второй. Мы на тропе войны, братва, и тут каждый сам за себя. Приказываю снять все ограничения, отключить системы «свой – чужой» и больше не руководствоваться уставом звездного флота Союза Систем. Стрелять без предупреждения, если под угрозой жизнь члена экипажа.

– О да, – выдохнул где-то за спиной Кадж. – Есть снять ограничения!

Роуз повернулся к Аккиле и вопросительно вскинул бровь. Та поджала узкие губы и глянула привычным строгим взглядом.

– Ты же понимаешь, Алекс, – сказала она, – что отмена флотской субординации дает мне массу новых возможностей отмечать вслух твой идиотизм?

– Понимаю. – Роуз демонстративно вздохнул. – Но я готов пойти на такие жертвы.

Повернувшись к пульту, он отключил автоматику и вручную выбрал курс для сближения с обитаемой станцией.

– Внимание, экипаж, – громко произнес он. – Боевая готовность. Приближаемся к потенциально враждебному объекту.

По экрану побежали команды готовности систем, переведенных в боевой режим. Двигатели, вооружение, связь, маскировка, защита.

– Могул, – произнес Алекс, просматривая данные, – подключи дополнительные генераторы и будь готов дать полную мощь. Возможно, придется срочно рвать когти. Кадж, на прицел пока никого не бери, чтобы не провоцировать их системы, но построй схему подавления огневых точек защиты станции. Акка…

– Уже, – с ленцой отозвалась та. – Пока ты командуешь, я нашла их точки беспроводных сетей. Дырявое барахло. Я даже отсюда могу положить все их системы связи. До питания пока не добраться, но не думаю, что в этой области будут проблемы.

– Притормози пока, – бросил Роуз. – Нав, найди у них открытый канал связи, официальный. Что-то вроде диспетчерской у них же должно быть?

– Три свободных в режиме приема, – отозвался связист. – Они слушают, но не передают. Похоже на автоматическую диспетчерскую систему. Готов передать на них что угодно, принимают без кодов и шифрации.

– Готовность, – объявил Роуз, наблюдая за экраном с рядами разноцветных символов, отмерявших расстояние до вхождения корабля в зону видимости станции. – Начали.

Он отключил режим маскировки, корабль перестал быть невидимым для обычных радаров и следящих систем. Для станции это выглядело так, как будто космический корабль вынырнул из пустоты прямо у их открытых дверей.

– Запрос от станции, – объявил Навид. – Вывожу сигнал.

– Быстро работают, – сказал Кадж. – Ждали.

Левый дополнительный экран, похожий на небольшое окно, замерцал, по нему пробежали серые помехи. Видео не было, только звук.

– Неизвестный корабль, назовитесь, – требовательно произнес грубый и хриплый голос живого человека. – Неизвестный корабль, назовитесь…

Роуз размышлял не больше секунды. Он опустил забрало шлема и включил обратную связь, полную передачу без ограничений.