Читаем Голос вражды полностью

Внезапно слуха Илорема коснулась едва различимая мелодия, уносимая ветром. Он остановился, вслушиваясь и всматриваясь, но вокруг были лишь черные провалы между деверьями, от которых тянулись болотные испарения. Пройдя еще несколько шагов, колдун замер. Мелодия вновь зазвучала в его ушах, призывно увлекая за собой куда-то вдаль. Фоекусто двинулся вперед, время от времени заглядывая в астрал, но вокруг все было спокойно, никто не собирался атаковать тальгеда. Музыка звучала все громче и громче. Вскоре взору колдуна предстали окна с резными ставнями, из-за которых тянулась печальная мелодия.

Происходящее казалось невообразимым, но Илорем своими глазами смотрел старинный дом, стены которого были сокрыты под мхом. Внутри горел свет, были слышны разговоры и чей-то смех. Изучив находящиеся вокруг руины, колдун пришел к выводу, что все же нашел то, ради чего так долго себя изнурял. Камрегси смотрела на него безликими остовами строений, которые вросли в самое сердце таинственного леса. Мелодия лютни оборвалась, и в воцарившейся тишине прозвучал насмешливый голос:

– Так и будете стоять снаружи, любезный? Явите нам свое лицо, не томите, пока наши друзья не пустили вам стрелу в затылок.

– Предложение от которого трудно отказаться, – бросил в ответ фоекусто, осторожно вынимая кинжал, держа его обратным хватом, так чтобы лезвия не было видно.

Колдун нарочито вальяжно направился к покосившемуся крыльцу. Спровоцировать выстрел крайне не хотелось, но и соваться внутрь дома, где его могли застать врасплох, фоекусто не собирался. Тальгедский диалект отличался от имперского во многом, но все же был частью одной языковой группы, отчего у Илорема не складывалось уверенности в том, что с ним говорит именно соплеменник.

Являлось ли блефом сообщение о притаившихся стрелках, фоекусто тоже не стал проверять, продолжая идти навстречу опасности. Оказавшись у дома, он медленно опустил ногу на первую ступень лестницы, осторожно пробуя ее на прочность. Несмотря на кажущуюся ветхость, дерево не издало ни единого звука. Разговоры в доме стихли, и колдун шагнул к двери, которая медленно отворилась.

Оказавшись внутри дома, Илорем отметил, что обстановка прихожей и коридора, на удивление не соответствовала внешнему виду древнего, покосившегося строения. На стенах горели свечи в вычурных канделябрах, их свет отбрасывал пляшущие огоньки на старинные картины, краска которых не потускнела за минувшие годы. Пол был застлан ковром теплого зеленого цвета, от чего складывалось ощущение, что идешь по мягкой траве цветущего луга. А еще здесь было тепло, и повсюду в вазах стояли свежие цветы.