Посетив несколько предприятий, Толик понял, что дело пойдет. Не нашлось ни одного высокого начальника, который не поддался бы его воздействию. Он без труда настраивал их на свой лад и приказывал одному выделить цех и оборудование, другому – бригаду монтажников-высотников, третьему – транспорт и подъемную технику. При этом он не забывал передавать всех высокопоставленных киборгов под управление не только Лены, но и Тарасова. Не мог же он один тянуть весь воз? Ведь у него была и собственная задача. Нужно было найти самую надежную компанию-оператора сотовой связи и перестроить ее работу таким образом, чтобы Толик в любой момент мог взять в свои руки управление ее программным комплексом. Это решало множество проблем. И еще необходимо было сделать так, чтобы номеров десять ушли в «тень» и не попадали под контроль руководства компании. Вернее, чтобы их вообще никто не видел, а они обладали максимальными правами. Другой немаловажной частью его миссии была перестройка прикладной математики таким образом, чтобы можно было в нужный момент организовать конференц-связь со всеми оконечниками одновременно. Филипенко назвал бы эту модификацию так: организация недокументированного набора команд.

Толику же было безразлично, как это будет называться. Его больше интересовало, когда все это начнет работать – не только те программы, в которые он заберется, но и вообще весь комплекс.

– Слушай, а как мы назовем нашу систему? – спросил он как-то в разговоре с Леной. – У Должанского «Зов», а наша как будет? «Антизов»?

– Неплохо, – сказала Лена. – Вот только…

– Что вот только? Тебе не нравится?

– Да нет, нравится… но произносить его можно будет только среди своих, – объяснила Лена. – А нам нужно такое название, которое можно произносить где угодно. Какое-нибудь нейтральное…

– «Фиалка», что ли? – с иронией спросил Толик. – Или «Мимоза»?

– Ну ты скажешь! – Лена засмеялась. – Я бы предложила… может, «Шарманка»? Оно не слишком употребительное и в то же время не вызовет особого любопытства. Многие так называют дешевые магнитофоны, приемники…

– Ну пусть будет «Шарманка», – согласился Толик. – А что, послушай, как звучит. "Врежем нашей «Шарманкой» по ихнему «Зову»! Считай себя автором новой идеи!

Быстро вошедший в курс дел Тарасов тоже не раз оказывался автором той или иной идеи. Так, он предложил называть киборгов, которые, подобно Толику и Лене, пройдут трансформацию – «обращенными». Ему не понравилось название «неокиборг», предложенное Анатолием. Он понимал, конечно, что приставка «нео» имела двойное значение. С одной стороны, Толик хотел показать, что такой киборг уже не раб, живущий и действующий согласно заложенной в него программе, а с другой – читалась прямая ссылка на фильм «Матрица», где главный герой назывался так же. Все это хорошо, но при первом же перехвате переговоров телефонных, ультразвуковых или еще каких предложенный Рыковым вариант мгновенно наводил на определенные мысли. Слово же «обращенные» скорее ассоциировалось с какой-нибудь сектой, а потому было более предпочтительно.

Лена была на стороне Тарасова. Она и слышать больше не хотела о рабском положении, в котором едва не оказалась, и была против, чтобы ей об этом напоминали. А слово «неокиборг», хочешь не хочешь, заставляло вспомнить о том времени.

Кроме того, Алексей, имевший опыт армейской службы, предложил отработать серию коротких команд, которые вызывали бы в программном коде набор инструкций для киборгов. Не всегда у обращенных будет время подробно разжевывать рабам, что от них требуется. А так набираешь нужный номер голосом или теми же кнопками телефона, вызываешь нужный код и бежишь дальше по своим делам. Предложение было принято на ура, и Рыков приступил к его немедленному выполнению.

А вот последнюю инициативу Алексея оба – и Лена, и Толик – дружно отвергли. Тарасов, в порыве творческого энтузиазма, заявил, что он сам хочет превратиться в киборга, а из него в обращенного. После минутного молчания первой заговорила Лена. Она горячо, но в максимально корректной форме высказала все, что думает об «Авиценне» и о тех, кто травит этой заразой людей. А потом перешла к Алексею, который хочет добровольно попасть в зависимость от внешних сил. Еще неизвестно, кто окажется сильнее – они или големы! Может быть, они смогут подавать такие команды, которым не в силах будет противиться никто, включая Рыкова. Конечно же последние слова девушки вызвали бурные протесты Анатолия, но в конце концов и он поддержал Лену. Мало ли что может произойти, так пусть же в их команде будет тот, кто не поддастся никаким внешним командам! Кто знает, может быть, события развернутся как раз так, что его «ограниченность» и станет решающим фактором в борьбе за контроль над собственным сознанием. И сознанием его товарищей. Он их главная надежда. На этот аргумент Алексею нечем было возразить. Ладно, так и быть, пусть он остается джокером в общей колоде.

ГЛАВА 21