Читаем Годы войны полностью

Устройство опорного пункта на «Баррикадах» — амбразуры в стенах, ходы сообщения (круговая оборона, минирование, стрелковые ячейки для стрелков). Почва в Сталинграде очень твердая. Вперед от цеха выносились ходы сообщения до 1500 м, около противника в 30–50 метрах, перед рассветом, когда темно, шепотом говорили. Маскировали в условиях города — под кучу камней, под бревнышко, в ямку. На заводе приходилось взламывать асфальт, камень.

Реухов: мл. командир — носил мины под автоматным огнем. Подносит с вечера за 6–8 километров на расстоянии 150 метров. Само минирование быстро, 40 минут.

«Подрывали дзот — в нем 2 пулемета и 15 немцев. Лейтенант Краснов и два бойца, Селезнев и Юдин, взяли 50 кг взрывчатки, залегли в полусотне метров и сутки наблюдали. Там работала мотопила. В темноте влезли на дзот. Перед рассветом уже вышли два немца, но нас не заметили. Мы зажгли шнур и отбежали».

«Мы заняли оборону в районе „Баррикад“. Мы выслали туда 20 человек с мл. лейт. Павловым, его убило, принял команду сержант Брысин.

После одного дня их осталось 10.

Наступало на них две роты немцев. Брысин подполз, разведал пулеметы, приполз с бойцами и уничтожил два расчета. Пулеметы утащили.

Так же уничтожил минометный расчет. Он влез в немецкий дом, пробрался на второй этаж и сбросил 10 гранат, потом связал две плащ-палатки и вылез в окно».

Косиченко раненный выдергивал зубами чеку из гранаты.

П. И. Ченцов — рабочий, политрук отряда, командир Бурлаков, нач. охраны завода.

Донесения — на бланках, обрывках заводских, партийных бумаг и пр. Возвращение дважды раненной Зои Калгановой. Комдив: «Здравствуйте, дорогая девочка моя».

Сержант Илья Миронович Брысин. (1913 г. рожд. Омский, столяр-модельщик, отец работает плотником, теперь дворник, обрезал себе руку пилой. Служил три года в армии на Дальнем Востоке. Саперному делу обучался в Омске — минирование, разминирование.)

«Инженерная разведка противника: первую ночь ходили, ночью не сделали, выкопали ямки и целый день пролежали в 100 метрах от немцев, слушали их разговор. Огонь вели через нас. Пришла вторая ночь, мы по пламени определили две пулеметные точки. Комиссар взвода составил схему.

…В Сталинграде делали КП для дивизии. Работали киркой. Минировали завод „Баррикады“. Вечером начали носить мины от переправы за 6 км, сперва берегом, потом балкой, потом городом, потом заводом. Каждый нес 16 кг, ходили по 2 раза. Носили плащ-палатками по 8 штук.

Берегом шли под минометным огнем. К ночи уже не смотришь в воздух. Бомбы падали метрах в пяти. Раненого оставим с человеком, а сами дальше. В логу нас автоматчики и минометы обстреливали. Тогда Голубева убило и ранило Гудкова, Реухова, Сороку. Лог смерти мы его прозвали. По нему 400 метров идти, шагов пять прошел и падаешь. 22 человека перенесли 200 мин, выбыло 10 человек. Раз мы сложили 300 мин, а он прямым попаданием разнес. Ох, взяла нас досада, начали сначала. Руководил этим минированием капитан Ривкин (ученик Столярского).

1) Подноска к месту минирования — метров 200, все время на животе и на локтях, тащим по 4 штуки на плащ-палатке; привяжешь ее себе к ремню, чтобы руки были свободны, у тебя и 2 гранаты, и винтовка, и лопатка, и топор. Я на себя навешивал по 12 гранат. 2) Два человека заряжали МУВ модер. Упрощ. взрыватель. Это очень опасная штука. 3) Командир размечает, где ставить мины, чтобы не больше ширины танка. 4) Два человека копают ямки. 5) Два человека укладывают. 6) Человека два засыпают и маскируют. 7) Самое важное — тут же ночью составить схему по ориентирам (дом, труба). Делишь лист бумаги по частям света и намечаешь все мины, это в полной темноте под огнем (на случай контратаки).

26-го часов в 10 утра я делал блиндаж ком. дивизии и работал до 7 час. утра, сутки. Тут наши делали оборону, я взял 4-х людей и вышел. С нами были два лейтенанта: Павлов и Лебедев. Лебедев говорит — окопаться правее линии, где вывозили шлак; мы взяли в оборону 17 человек на два дома, а Павлов левее, на горах шлака. Я выделил Камкова и Дудникова для наблюдения за линией и пошел в дом. Позади этого дома вал метров 100 длины, 7 метров ширины. Мы легли за этим валом. Я уложил спать людей, хотя и сам 4 ночи не спал. У меня Синяева убило, снайпер угодил ему в лоб. Весь день вели огонь, немцы от нас метров 70. Со мной Дудников, Каюков, Павлов, Глушаков, Пуников. К утру 28-го приполз лейтенант, а на рассвете его ударило миной по глазам, надо человека прибрать. Я с ним отослал Павлова, осталось нас 4. А немцы идут колонной, в рост.

Весь день мы их отбивали. Меня вызывает Павлов: „Давай пойдем в наступление“. Спрашиваю: „Сколько у вас человек?“ — „Десять. А у тебя сколько?“ — „Четыре“. — „Ну, давай!“ А немцев человек сто, две роты эсэсовцев — подняли крик, спасу нет. Мы и пошли.