Родимцев говорит: «По всей реке ездили, собирали Теперь имеем целый флот: 27 лодок рыбацких, моторки, подняли со дна Волги катер, но он погиб от прямого попадания. Дивизия обеспечена полностью — горячая пища, смена белья, шоколад, сгущенное молоко. Раненые эвакуируются образцово. Трехдневные запасы. Людское пополнение „черненькие“ (узбеки). В составе дивизии четыреста человек фундаторов, десантников, вы их легко узнаете по орденам. Возраст от 25 до 30 лет. Бойцы имеют сухой паек НЗ на трое суток…» (далее запись утеряна).

Генерал Родимцев: «Красноармеец Чехов убил 35 фашистов, я ему хотел дать отпуск, так как он жизнь свою окупил».

За бои — 60 танков, 2000 убитых.

Наступательные операции сменялись снайперским огнем. Гибкая война.

Захват дома. Группа захвата в 10 человек, бутылки. Группа закрепления, боеприпасы, продовольствие на шесть дней, окопы на случай окружения.

Дивизия расселилась по домам в шахматном порядке с немцами. Четверо держались четырнадцать дней, два пришли за продуктами, два остались сторожить дом.

Разведка очень затруднена.

Настроение — усталость, но хорошее.

Вши — достали примуса, утюги и выбивают.

Живут в подвалах, квартирах и окопах.

Во время танковой атаки подбили 42 танка.

Наступало 2 полка пехоты и 70 танков на полк подполковника Панихина.

Выбыли все расчеты ПТО, до последнего человека.

Люди, люди, люди — золото.

Первый этап — перешли в наступление на вышедшего к реке немца.

Взяли Мамаев курган, в день по 10–15 атак.

8. Записная книжка

Северо-западнее Сталинграда

Сентябрь 1942 года

(Начало книжки утеряно).

«…А он прощался, говорил: „Ребята, только будьте дружней, не тушуйтесь“. Так у нас слезы и покатились. Он с 1923 года».

«Мы, молодые, о доме не думаем, это больше пожилые».

«Большинство погибли из-за кухонь».

«Старшины загорают около кухонь, пока еду получишь, уже прокисшая. Я так мучился из-за обуви, шел — мозоли кровяные. Снял с убитого — целы, но малы».

«Старшина 4-й роты Романов нас подводил на поле боя. Это значение имеет для настроения. Мы молодые, воспитанные, сознаем, терпим, а у пожилых совсем плохое настроение».

Романов рассказывает о немце с лукавством: «Э, думаю, это нехорошо, он ходит во весь рост».

Командир полка Савинов — чудесное русское лицо. Синие глаза, красный загар. На каске выбоина от пули. Савинов: «От удара пули стал я пьяным, 15 минут пролежал без памяти. Напоил меня немец пьяным».

ПТР.

Игнатьев, командир роты, старший сержант. Громов с 1904 года, первый номер. Валькин — второй номер. Чигарев — командир отделения.

Рассказ Громова: «Когда попадаешь, сильный огонь на броне, выстрел глушит страшно, рот открывай. Я лежал; кричат: „Идут“, я со второго выстрела попал. Немцы закричали страшно, слышали мы хорошо. Даже дух возрадовался. Сперва дымок, потом трескотня и пламя. Евтихов одну машину подбил. Попал в кузов, как закричат фрицы… (У Громова светло-зеленые глаза, страдающее, злое лицо.)

Первый номер несет ружье, второй номер несет тридцать патронов ПТР, сто винтовочных, две противотанковых гранаты и винтовку.

У него звук, земля дрожит.

И у нас главные потери от того, что завтрак и обед самим носить приходится. Самим ходить только ночью надо. Посуда не позволяет, надо ведра достать.

Ночь лежали, а днем наступать. Что это такое, не поймем? А поле ровное, как стол».

Полковник Сабуров. Четыре раза отразили танковую атаку, подорвали склад с боеприпасами, уничтожили 4 станковых пулемета, 48 солдат, 5 орудий.

«Меня, — говорит командир дивизии, — доктор по телефону лечит: пробраться ко мне не может, а я потом за порошками посылаю к нему».

Наводчик, красноармеец Харин.

Радость. «Вчера эта „рама“ сама себя запалила, бросила ракету, зацепился за нее парашют».

Аэродром: Князев.

Салдин — комиссар у Михалева, ходил в перчатках.

Фролов — комиссар у Савкина, погиб с полком.

Савкин погиб под Котлубанью, а в Ст-де погиб Маркелов.

Охитович Лев Алекс. ППС 1852 часть 6G. Ст. л-т Рубен Ибарурри.