Скотной — молчаливый, грустный. «Вот в хороший клуб пройти я бы стеснялся, с девушкой бы постеснялся говорить». (Мы идем по снегу, прожектор.)

Качества: 1-е — знать матчасть, чтобы играть ею; 2-е — уверенность и любовь к своей машине; 3-е — смелость, холодный ум и горячее сердце; 4-е чувство товарищества; 5-е — беззаветность в бою, преданность Родине, ненависть. Всегда ссоры: «Почему не я получил боевое задание?»

Мартынов Ал. Вас., 1919 г.: «Ораниенбаум, района, с 1936 г. на планеришках, с 1937 г. на самолетах. Кончил фабзавуч, работал на заводе в Ленинграде и учился в аэроклубе — за всю зиму ни одного выходного. Окончил Чугуевскую школу, был оставлен инструктором-летчиком. В детстве змеев пускал. По счастливой случайности я сразу из школы вылетел 7 июля на фронт.

Первая встреча с „хейнкелем“ 11-го — я его атаковал 12 раз, он подзакоптился (под Знаменкой). Первый раз страшновато.

Первый сбитый над плотиной в Запорожье, двое меня зажгли. MC-109. Пробоин я привозил много, раз меня избили, как старую куропатку. Когда снаряд попадает на метров 20–30 кверху, подкачаешь — и самолет слушается. 130 вылетов боевых.

3 самолета лично (3 „мессера“) и в группе — 4.

8-го: сбил при патрулировании, заметил 2 MC, идут и бьют по колонне. Я решил во что бы то ни стало сбить. Мне помог Саломатин, который выбил с хвоста у меня „мессера“, я первого загнал в землю с дымом, газом.

9-го: первым я заметил его и первым бросился в атаку. Был миг колебания? Нет».

23-го: снова бой, потери с обеих сторон.

Горел в воздухе, был сбит зенитной артиллерией (обгорел, ранен). Пролежал несколько дней. Эвакуировался в Запорожье. 1 месяц лежал в госпитале. Был командиром эскадрильи по прикрытию Днепропетровской плотины. В сентябре был зам. командира полка.

На ЮЗФ участвовал в 2 воздушных боях.

1-й бой. Я с лейтенантом Седовым вел бой с двумя «мессерами» в районе Андреевки.

2-й бой. 9/III я шел прикрывающим в звене Еремина.

Гляжу — черные точки.

Мы развернулись, пошли в атаку на истребителей. Мы шли со стороны солнца. Я кинулся за Мартыновым. Получилась собачья свалка. Я был не парный и кидался вышибать MC у тех, кто нуждался в помощи. Седов разогнал бомбардировщиков. Пока мы вели этот бой, наши «чайки» штурмовали цель. Мы их прикрыли.

Лейтенант Скотной выбил у меня и у Еремина «мессера» из-под хвоста. Нет, я не боялся, когда горел, — страху не было, некогда было пугаться, шел бой.

При атаке важно ударить сразу всеми самолетами, разбить их группы. 9-го благодаря массирован, и прицельному огню сразу три M были уничтожены. Седов врезался в шестерку бомбардировщиков в лоб, чуть не задел плоскостями. Сразу же эресом сбил одного.

Враг не любит боя на горизонталях, на виражах и старается перейти на вертикальный бой. У противника все плавно — отрывается от резких виражей. На горизонт, скольжении можно уйти, он не ведет прицельного огня. Слетанность пар — залог успеха. Слежу за ведущим, он дает сигнал «выйти из боя» (головной дает сигнал «выхода», когда не хватает горючего, либо для нового массированного удара).

(Еремин — 1 «мессер». Мартынов — 11. Саломатин — 11. Король — 11. Седов — Ю-87. Скотной — MC и Ю-88.)

Узнаешь напарника по характеру летчика, а характер летчика весь виден в полете машины. Определять летчика в воздушном бою очень сложно. Противника я определяю, который сильный, настойчивый.

Один на один, пусть у него и две железки, я его возьму. В прямом воздушном бою фрицу тяжеловато. Прямой поединок до последней капли крови. Они ловят простачков, клюют сзади. Я вынужден спасти товарища, чем сбить несчастного фрица.

5. Записная книжка

Юго-Западный фронт, зима 1942 года

Авиационный генерал говорит по полевому телефону про авиабомбы, вылет бомбардировочной авиации, начало атаки и проч. Потом вдруг говорит: «Ребенок плачет на линии, должно быть, в избе».

Пленного немца генерал велел нарядить в железные кресты и пустить обратно к немцам. Пленный заплакал и отпросился.

Маруся-телефонистка. Ее все хвалят, все знают. Она всех называет по имени и отчеству, и ее все зовут — Маруся, Маруся! Никто ее не видел в лицо.

Абашидзе — весельчак, комсомолец, батальонный комиссар, пошляк, — его отвратительный, наглый, грубый, высокомерный разговор со старухой крестьянкой — хозяйкой избы. Угрозы. Прикуривая, Абашидзе говорит: «Разрешите прикоснуться к кончику вашего удовольствия».

Самолеты И-16 называются «ишаки».

Говорят — не убит, а накрылся. Друг мой накрылся, какой парень!

Спирт — Спиридон.