Читаем Годы странствий полностью

Годы странствий

Максимилиан Александрович Волошин , Максимилиан Волошин

Парижа я люблю осенний, строгий плен,И пятна ржавые сбежавшей позолоты,И небо серое, и веток переплеты —Чернильно-синие, как нити темных вен.Поток всё тех же лиц — одних, без перемен,Дыханье тяжкое прерывистой работы,И жизни будничной крикливые заботы,И зелень черную, и дымный камень стен.Мосты, где рельсами ряды домов разъяты,И дым от поезда клоками белой ваты,И из-за крыш и труб — сквозь дождь издалекаБольшое Колесо и Башня-великанша,И ветер рвет огни и гонит облакаС пустынных отмелей дождливого Ла-Манша.

1909

11

Адел. Герцык.

Перепутал карты я пасьянса,Ключ иссяк, и русло пусто ныне.Взор пленен садами Иль де-Франса,А душа тоскует по пустыне.Бродит осень парками Версаля,Вся закатным заревом объята…Мне же снятся рыцари ГрааляНа скалах суровых Монсальвата.Мне, Париж, желанна и знакомаВласть забвенья, хмель твоей отравы!Ах! В душе — пустыня Меганома,Зной, и камни, и сухие травы…

1909

ДИАНА ДЕ ПУАТЬЕ

Над бледным мрамором склонились к водам низкоСтруи плакучих ив и нити бледных верб.Дворцов Фонтенебло торжественный ущербТобою осиян, Диана-Одалиска.Богиня строгая, с глазами василиска,Над троном Валуа воздвигла ты свой герб,И в замках Франции сияет лунный серпСредь лилий Генриха и саламандр Франциска.В бесстрастной наготе, среди охотниц-нимфПо паркам ты идешь, волшебный свой заимфНа шею уронив Оленя-Актеона.И он — влюбленный принц, с мечтательной тоскойГлядит в твои глаза, владычица! ТакойТы нам изваяна на мраморах Гужона.

1907

В ЦИРКЕ

Андрею Белому

Клоун в огненном кольце…Хохот мерзкий, как проказа,И на гипсовом лицеДва горящих болью глаза.Лязг оркестра; свист и стук.Точно каждый озабоченЗаглушить позорный звукМокро хлещущих пощечин.Как огонь, подвижный круг.Люди — звери, люди — гады,Как стоглазый, злой паук,Заплетают в кольца взгляды.Всё крикливо, всё пестро…Мне б хотелось вызвать сноваОбраз бледного, больного,Грациозного Пьеро.В лунном свете с мандолинойОн поет в своем окнеПесню страсти лебединойКоломбине и луне.Хохот мерзкий, как проказа;Клоун в огненном кольце.И на гипсовом лицеДва горящих болью глаза.

1903

Москва

РОЖДЕНИЕ СТИХА

Бальмонту

В душе моей мрак грозовой и пахучий…Там вьются зарницы, как синие птицы…Горят освещенные окна…И тянутся длинны,Протяжно-певучиВо мраке волокна…О, запах цветов, доходящий до крика!Вот молния в белом излучьи…И сразу всё стало светло и велико…Как ночь лучезарна!Танцуют слова, чтобы вспыхнуть попарноВ влюбленном созвучии.Из недра сознанья, со дна лабиринтаТеснятся виденья толпой оробелой…И стих расцветает цветком гиацинта,Холодный, душистый и белый.

1904

Перейти на страницу: