Читаем Год Грифона полностью

- Не думал, что тайник так прост?- засмеялась Карми, но Малтэр, похоже, испытывал вовсе не те чувства, которые ожидала она.

- Уберегли небеса,- пробормотал Малтэр.- Искушение велико было, но уберегли боги!

Карми с недоумением смотрела на его искреннюю радость. Малтэр радовался тому, что НЕ НАШЕЛ Оланти, который принадлежал принцессе. Боги уберегли его от похищения вещи, из-за которой на него могла обрушить свой гнев могущественная хэйми.

7

Храм Колахи-та-Майярэй, заложенный еще лет двести назад велением короля Арринхо, не был достроен до сих пор, хотя службы здесь велись с того времени, когда на массивном фундаменте храма был установлен алтарь. Карми здесь прежде не бывала, но полагала, что сумеет ввести в храм глайдер - хотя бы через огромные ворота. Однако, войдя в храм, она убедилась, что этого рискованного трюка не потребуется. Над храмом не было потолка. Правда, строители уже почти завершили возведение каркаса для купола, но смять этот каркас для глайдера не составляло труда.

Другое дело - следовало выяснить, возможно ли вообще извлечь вмурованный в алтарь Миттауский меч. То, что для этого придется разворотить алтарь, совершая тем самым святотатство, Карми мало беспокоило: богов для нее не существовало. Но дать майярскому самомнению здоровенную затрещину - это, по мнению Карми, могло стать равноценной заменой мщению, от которого она, что уж тут скрывать, все-таки отказываться не хотела.

Колахи-та-Майярэй в народе часто называли Храмом на мече, и Карми со злорадством предвидела уже время, когда Колахи станет Храмом ни на чем. К алтарю она приблизиться не рискнула, но, присматриваясь издали, решила, что для манипуляторов глайдера алтарь затруднений не представит.

И Карми, внимательно все осмотрев, направилась к выходу, но что-то знакомое услышала в речитативе монаха, сидящего у колонны. Вообще-то все молитвенные речитативы на один лад, но Карми оглянулась и узнала. У колонны сидел Агнер, еще год назад бывший учителем малолетней принцессы Савири Сургарской.

"Однако, где встретиться довелось..."

Агнер сидел, уставившись в пол, и тянул молитку. Карми потянуло за язык сказать:"Хорошо устроился, Агнер!", но она сдержалась, нашарила в потайном кармашке пояса мелкую монету и бросила в чашку, стоящую перед Агнером. Тот, заметив это, прервал бормотание и стал ожидать обычной просьбы помолиться за чье-нибудь здоровье или что-нибудь еще.

Карми помедлила, потом чуть слышно сказала, стараясь, чтобы голос изменился от северогортуского выговора:

- Расскажи о Третьем Ангеле, святой человек.

Агнер не заподозрил ничего необычного. Монастырский устав запрещал ему подниматть глаза на женщин, но если бы он даже и поднял глаза к лицу Карми, он не узнал бы в этой бедной гортуской паломнице свою бывшую ученицу.

Однако напрягать голосовые связки за одну монетку ему не хотелось, поэтому он заорал на весь храм, привлекая внимание других паломников:

- Кто хочет услышать поучительную историю о возвышении и падении Третьего Ангела, Ангела Судьбы, Ангела, Ведущего в Дорогу?

Его истошный вопль, гулко разошедшийся в стенах храма, обратил на себя внимание еще нескольких человек, и в чашке для подаяний заметно прибавилось. Тогда Агнер начал рассказ, одновременно пытаясь заполучить себе новых слушателей.