Читаем Гнев полностью

На улице подул сильный ветер, стало прохладно, сухие ветки яблонь, которые росли в его огороде со скрипом гнулись к земле. Сухая ветка чернослива отломилась упала на землю. Начался октябрьский дождик, он барабанил по крыше дома, и по «БМВ x6». Он подошел к багажнику своего автомобиля, открыл его, закинул туда ее труп. Достал из кармана пульт, нажал на клавишу. Ворота автоматически начали подниматься вверх. Он сел за руль, выехал из-за дома и помчался прямо. Освещая себе дорогу мощным ксеноном. Дернув за рычажок на его лобовом стекле заработали щетки. Размывая по лобовому стеклу, дробящий дождь. Не прошло и пятнадцати минут как он выехал на трассу. Он вдавил газ в пол, машина ускорилась. Стрелка спидометра уже превышала сто пятьдесят километров в час. Немного погодя он подъехал к второстепенной дороги, сбавил скорость, и въехал на грунтовую дорогу. Проехав прямо он заехал на лесопосадку. В дали виднелись несколько старых дубов, две сосны, и одна береза. Вокруг росло очень много сорняка. Он вытащил ее трут, подкинув взял его на плече, а левой рукой схватил из багажника с морковной ручкой лопату. Проходя в чащу лесной посадки, у него под ногами шуршали влажные листья. Он бросил ковер на землю, а сам принялся копать. Кругом была кладбищенская тишина. Первые два штыка капалась ему хорошо, земля была сухая, а после, когда он углубился еще на штык, то земля пошла влажная с глиной. Он вспотел. Прошло не больше часа как он вскопал яму два метра длинной, тридцать сантиметров шириной, и метр глубиной. Воткнув лопату в землю, он вытер рукавом пот, бегущий по лбу. Взял ее тело и бросил в могилу. Потом начал быстро орудуя лопатой закапывать. Прошло всего около двадцати минут, как он уже ехал обратно домой. Грунтовая дорога была вся в ухабах и ямах, а на кочках его подкидывало вверх и тут же опускало вниз. Это была его вторая жертва, первую он убил в прошлом году. Теперь Чайниковой Марии Ивановны нет в живых, через две недели она бы справила свое шестнадцатилетние, но увы этому не бывать.

Темная ночь. Военный вертолет завис в воздухе. По профессиональным веревкам вниз в камуфляжных костюмах спускались около дюжины бойцов. Токарев Сергей Владимирович спускался самым последним. Он поднял голову вверх и маленький диск луны отражался в его темно-зеленых глазах. Вверх взлетела ракета, прочертив реактивную линию в воздухе она угодила прямо в вертолет. Огненное облако окутало вертолет, воспламенившиеся и горящие ошметки падали вниз огненным ливнем. Вертолетные лопасти мгновенно оторвались и кружась в воздухе угодили Сергею прямо в кадык. Проткнув его насквозь, и вылетев наружу за его спиной отрубили ему голову. Он резко открыл глаза пробудившись ото сна, по его спине от затылка до копчика пробежала капля холодного пота, но тут же он их закрыл. Горящее октябрьское солнце вползло в окно наполняя комнату желтовато-бледным светом. Токарев Сергей Владимирович снова приоткрыл глаза. Сквозь них яркие лучи солнца ударили прямо в его больную голову, прожигая, и поля в огне его мозг. Это был похмельный синдром. Все его лицо пульсировало ноздри были забиты. Он конечно мог дышать через рот, но во рту стоял отвратительный запах коньяка, смешанного с виски, и сигарет. В желудке словно лежал свинцовый ком, на столько он был забить всякой дрянью. Где-то рядом раздался громкий храп. Он с большим усилием повернул голову на звук, и его шейные позвонки заскрипели так как скрипит не смазанные, ржавые дверные петли. По его вискам в этот момент как будто полоснули скальпелем. Он лежал на голом матрасе, который в свою очередь лежал на голом выкрашенном в красный цвет, деревянном полу. На матрасе рядом с ним лежала голая женщина. Он кинул взгляд вниз и сам обнаружил, что сидит в чем мать родила. Ее звали он призадумался: Таня нет, Маша, да точно это была Мария. Он познакомился с ней в баре, и они весело провели время. Он начал вспоминать, в его больную голову ничего не приходило, немного погодя он взглянул на свои ободранные и окровавленные костяшки, и решил, что не хочет ничего вспоминать.