Вот что говорит об Африке правозащитная организация «Международная амнистия»: «Вооруженные конфликты, массовые изгнания людей, пытки, дурное обращение и эндемии по-прежнему характерны для африканского региона». И 52 процента жителей стран Экваториальной Африки зарабатывают меньше доллара в день. В 1998 году средний месячный расход на человека здесь составил всего четырнадцать долларов. В Детройте и то выше.

Продолжительность жизни в данном регионе — пятьдесят семь лет… это в лучшем случае… и если жить в Гане. Осядете в Мозамбике — протянете только до тридцати семи с половиной.

Добавьте сюда едва ли не бесконечные засухи, голод, жуткий процент заболеваний СПИДом (и смертей)… В результате куда более простым решением покажется поиск старых откровенных фотографий Трента Лотта в мужской раздевалке Старой Мисс[47] и борьба за его отставку (фотографии Оррина Хэтча, Тома Делэя и компании тоже сгодятся).

Эми Маккемпбелл, одна из афроамериканских сотрудниц, которых я принял на работу с того момента, как начал писать эту главу (а я уже успел взять пятерых черных — эй ты, убери мою книгу с полки с комедиями, я тут не шутки шучу!), предположила, что для тех, кто решил вернуться к своим «черных корням», есть только одна дорога — на Карибские острова! Она говорит: «Как насчет Барбадоса? Настоящий тропический рай, люди мирные, преступности нет. Продолжительность жизни зашкаливает за семьдесят. Восемьдесят процентов населения — африканцы, будем чувствовать себя как дома. Там даже говорят по-английски! И самое главное — мы сможем называть королеву Елизавету главой государства. Шик!»

Звучит неплохо, правда?

А было бы еще лучше, если б мы могли сделать жизнь Эми и других более теплой и домашней прямо здесь, где они родились. Жду ваших предложений…

Нация идиотов

Вы чувствуете, что живете среди идиотов?

Когда-то, расстраиваясь из-за уровня тупости в нашей стране, я утешал себя словами: «Даже если в Америке живут двести миллионов неисправимых идиотов, остается по меньшей мере восемьдесят миллионов тех, кто меня поймет. А это больше, чем население Исландии и Англии, вместе взятых!»

Однако наступил день, когда я вынужден был работать в одном офисе с сотрудниками игрового шоу кабельного спортивного канала «Двухминутная тренировка». В этой игре спрашивали не только на какой позиции и за какую команду кто играл, но и кто забил в игре 1925 года между Бостоном и Нью-Йорком, кто был «новичком года» в 1965-м в старой американской баскетбольной ассоциации и что ел на завтрак Джейк Вуд утром 12 мая 1967 года.

Я не отвечу ни на один такой вопрос, но почему-то запомнил номер на футболке Джейка Вуда — «2». Зачем я храню в памяти этот абсолютно бесполезный факт?

Не знаю, но, взглянув на толпы ребят, сидящих в приемной того шоу, я кое-что понял о разуме вообще и американском сознании в частности. Толпы этих человекоподобных болванов оккупировали нашу приемную в ожидании своего звездного часа, непрестанно повторяя про себя сотни фактов и проверяя друг друга вопросами, на которые любой нормальный человек ответил бы: «Понятия не имею». При взгляде на этих перегруженных тестостероном конкурсантов можно было догадаться, что они — стадо неучей, для которых высшее достижение — умение прочесть этикетку на пиве.

В каком-то смысле они, конечно, гении. Они могут ответить на все тридцать вопросов о малоизвестных деталях, уложившись в сто двадцать секунд. Причем на вопрос тратится по четыре секунды — знаменитые спортсмены, приглашенные задавать вопросы, читают довольно медленно.

Однажды мне довелось услышать, как лингвист и политический писатель Ноам Хомский сказал, что, если вы хотите убедиться в потрясающих умственных способностях американцев, просто включите любое спортивное радиошоу и послушайте, сколько невероятных фактов они помнят. С ума сойти, неужели такая передача доказывает, что сознание американцев в целости и сохранности? Все дело в заинтересованности и азарте. По словам Хомского, необходимо найти способ сделать политику такой же захватывающей и увлекательной, как спорт. Потом нам только и останется наблюдать, как американцы забросят все дела и начнут обсуждать, кто что кому и когда сделал в ВТО.

Правда, сначала им придется выучить алфавит.

Сорок четыре миллиона американцев, закончив четыре класса и больше, не умеют читать и писать. Иначе говоря, они функционально безграмотны.

Откуда у меня такие данные? Ха, А теперь прочли и вы. Средний взрослый американец всего девяносто девять часов в год тратит на чтение книг, зато телевизор мы смотрим тысячу четыреста шестьдесят часов.

А еще я вычитал, что только одиннадцать процентов американцев удосуживаются прочесть всю газету, прежде чем открыть страничку с анекдотами или рекламой подержанных машин.