– Наверно, они устраивают друг друга. Теперь я получила все нужные сведения. Как только мне понадобится дальнейшая информация, я приду, но вряд ли это будет скоро. Значительная часть моей работы должна быть секретной.

Когда Кристин ушла, Иервуд с облегчением вернулся к своему столу.

Выйдя из конторы, Кристин зашла в лавку купить нитки. Погруженная в свои мысли, она едва взглянула на неизбежных зевак, сидящих на ступеньках у входа в лавку.

Среди них был человек с рыжими волосами. При виде Кристин его глаза широко раскрылись, и он глубже надвинул на лоб шляпу, хотя эта предосторожность была излишней: Кристин спокойно прошла мимо, не взглянув в его сторону. Как только она скрылась, он, выпрямившись и сдвинув на затылок шляпу, спросил соседа:

– Кто она? – и указал пальцем в сторону удалявшейся Кристин.

Томсон, к которому он обратился, посмотрел вслед Кристин.

– Я не знаю этой дамы, мистер Беннет. В этом поселке никто не занимается пересудами о женщинах, – сказал он назидательно.

Клем Беннет, а это был именно он, молча выслушал замечание, сдержав свой гнев: Томсон мог ему еще пригодиться.

– Я ие хотел сказать ничего дурного, – ответил он.

– Ладно, – миролюбиво согласился Томсон.

За день, проведенный в поселке, Беннет успел сблизиться с рабочими. Балагурство и наигранная веселость, которую рабочие не сумели сразу распознать, делали его желанным собеседником в их компании. Болтая, он умел выспрашивать и наблюдать.

Когда мимо него прошла Крнстин, он сразу ее узнал, несмотря на то, что ие видел несколько лег. Он недоумевал: что она здесь делает, зачем приехала сюда из • Западной Виргинии? Беннет почти забыл бывшую же-иу, но здесь, в Маренго, где он собирался начать новое выгодное дело, с ее присутствием придется считаться. Ояо могло стать полезным для него, либо грозило ему неприятностями. Бекнету необходимо было узнать о Кристин побольше до своей встречи с Крилом. Извинившись перед собеседниками, он поспешил уйти, туда, где можно было получить информацию обо всех жителях поселка.

Кристин, вернувшись к себе, быстро переоделась и теперь стояла в гостиной, окнами выходившей на улицу, и рассматривала себя в зеркале. На ней была одежда углекопа. Минуту поколебавшись, она провела рукавом грязной куртки по лицу, оставив на нем большое черное пятно. Сходство ее с мальчишкой увеличилось, когда она отрезала волосы и нахлобучила на голову шапку. Измененной, приседающей походкой, волоча ноги, Крис-тмн, сгорбившись, прошлась по комнате, не отрывая глаз от зеркала. Остановившись перед ним, она сказала:

– Теперь те в шахте могут знать меня хоть тысячу лет – и все-таки не узнают!

В ее голосе была уверенность.

Глава 13

В темноте двадцать первой линии Джерард Селден поднял свою шахтерскую лампу, пытаясь разглядеть стоявшего перед ним парнишку. Он смотрел с молчаливым неодобрением и так долго, что Кристин – а это была она – начала бить мелкая нервная дрожь. Она переживала один из самых драматических моментов в своей жизни. Впервые со дня их последней встречи в «Доме на холме» она очутилась лицом к лицу с человеком, владевшим ее мыслями в течение двух лет. Но не только это заставило Кристин дрожать. Она нарушила неписаный закон американских углекопов: «Ни одна женщина не должна спускаться в шахту под страхом смерти». Осуществляя свой замысел, Кристин достигла высшей точки риска. Узнай ее сейчас Селден, он не допустил бы присутствия в шахте женщины, и так успешно начавшаяся миссия была бы обречена на провал.

Кристин сама удивлялась той легкости, с какой ей удалось проникнуть в шахту. До сих пор она знала о шахтах только понаслышке. Никогда раньше Кристин не дышала сырым воздухом подземных коридоров, пропитанным запахом пороха, впервые прислушивалась к звуку бесконечного падения капель воды, отдающемуся глухим эхом где-то в густом мраке.

Правда, она постаралась предусмотреть возможные осложнения, и все же разговор с Ньюэллом прошел на редкость легко. В полдень Кристин надела привезенную с собой одежду шахтера: тяжелые башмаки, штаны и засаленную куртку. Короткие волосы она прикрыла тапкой. Проведя по лицу грязным рукавом, молодая женщина стала похожей на мальчишку-лифтера или на подручного механика – на одного из тех работающих в шахте подростков, для которых кирка и лопата еще слишком тяжелы. Выйдя из дому, она потупила глаза, как бы защищаясь от яркого солнечного света, и шла, слегка волоча ноги и согнув спину, как делают шахтеры. Сначала грубые башмаки натирали ей ноги, но скоро она к ним привыкла. В руках у нее была корзинка с провизией и водой. Одежда и манера держаться изменили Кристин до неузнаваемости.