Редвинг нахмурился. Перечитал сообщения, поглядел вслед удаляющимся золотым точкам.

– Они летят на окраину системы. Готов биться об заклад – поймали солнечный ветер и несутся к чернодырному передатчику.

– Могли бы у нас разрешения спросить! – запальчиво бросила Вивьен.

Бет кивнула.

Редвинг фыркнул.

– Всегда легче получить прощение задним числом, чем разрешение.

Он негромко обратился к переводчику и вскоре получил ответ.

Мы направляемся к малым массам, чтобы подробнее исследовать Других. Столько всего поведать они могут. Вы же хотели понять, как устроены эти массы, порождающие рябь пространства-времени? Нам также интересно. Следите за нашими рассказами на этих волнах.

Вивьен спросила:

– Значит, они заинтересовались формой жизни, похожей на них самих?

Редвинг кивнул.

– А кто бы не заинтересовался на их месте? Мы стремимся выяснить, кто такие – или что такое – глорианцы, конструкторы мегаинженерных миров-флюгеров. Диафанам интересен другой род мегаинженерии, конструирование систем черных дыр. Мы бы там и секунды не продержались. А они полетели посмотреть…

Он склонился к переводчику.

– А как же мы будем управляться с корабельной магнитосферой без вас двоих?

Вивьен наблюдала за диафанами – точки подскакивали на плазменных течениях, пока оставленная ими бахромчатая конфигурация магнитного поля «Искательницы солнц» продолжала хлопать на невидимом ветру и унимать плазменных фурий, взлетавших по периметру ловушки.

Два диафана ответили:

Мы вырастили и обучили аппроксимации себя самих. Они молоды, но способны. Малые продолжат работу с вами и для вас. Они нащупают пульс.

– Это что, шутка такая в конце? – скорчила гримаску Бет.

– Наверняка ирония. – Редвинг хмыкнул. – На что эти плазменники не способны, так это на прикосновение к холодной пассивной материи вроде нас.

<p>7. Садоводство</p>

В коридорах попадались существа.

Пальцезмейки, похожие на ужей с расщепленными на четыре отростка хвостами. Вивьен видела, как они ввинчиваются в люк служебного прохода, лезут что-то починить. Хэнди, обезьяноподобная зверюга, у которой вместо рук и ног росли инструменты. Анорак, пятилапый паук – нет, псевдопаук, – ростом не уступавший людям, с громадной башкой. Повстречав Анорака в коридоре, Вивьен почувствовала, как сердце подскакивает к горлу, но милая животинка уступила дорогу и вежливо поздоровалась.

Все эти создания были незнакомы Вивьен. Устройства перевода, которыми они пользовались, тоже. Но общаться получалось.

Многое изменилось после отлета с Земли.

Вивьен возвращалась в каюту и наверстывала упущенное. Она выводила на стену изображения Чаши, изучала принципы, по которым та функционирует: исполинское творение, залитое сиянием вечно стоящего в небе красного солнца, земли с жарким, приятным для динозавров климатом. Спутницей солнца была Струя, разгонявшая всю конструкцию. Без диафанов управление Чашей оказалось бы невозможно. Ищете кого-то на должность звездного менеджера? Вот вам дети магнитных петель, эволюционировавшие в пылающей плазме. Наймите местных.

Когда «Искательница солнц» покидала Чашу, двое диафанов выразили желание поселиться в магнитной ловушке корабля. Разумные метелки высокоэнергетических ионов, способные мыслить, скользить в плазменном потоке и парить на крыльях незримых давлений.

«Искательница» показалась диафанам интересной новинкой: они увлеченно помогали регулировать геометрию магнитной ловушки, оптимизировать параметры выхлопа и сами подстраивались под геометрию корабля и требования разгона. Возможно, они стремятся познакомиться с диафанами, обитающими у других светил? Вивьен подозревала, что истинные мотивы плазменников останутся непостижимыми. Действительно, зачем бы сплетению магнитных полей подчиняться приказам капитана, мешка плоти и влаги?

«Искательница солнц» на крейсерской скорости 0.2c[9] двигалась в семьсот пятьдесят раз быстрее, чем нужно, чтобы вырваться из Галактики[10]. Неслась на всех парах, и уклониться от любого столкновения ей было затруднительно. За работу плазменной ловушки при релятивистских скоростях и давлениях отвечали существа, способные мыслить именно так быстро, как этого требовала ситуация.