Читаем Глобус 1976 полностью

пителей. С другой стороны отдаешь дань архитекторам, решившим в постройке этого храма сложнейшую

задачу: построение здания на разных уровнях. С третьей стороны поражаешься портиком, который очень

эффектно выделяется на совершенно гладкой стене. Вместо колонн на портике архитектор решил поста-

вить мраморные фигуры девушек. Они изображены в плавном торжественном шествии, легко и свободно

несущими тяжесть антаблемента. Такие фигуры называются кариатидами.

Парфенон.

Но почему одна из этих кариатид так отличается от остальных — складки ее одежды проработаны бо -

лее сухо, цвет мрамора другой? Оказывается, это копия, сделанная в XIX веке. Подлинник, как и многие

скульптуры, колонны, рельефы с акропольских храмов, хранится в Лондоне, в Британском музее.

В начале XIX века в Греции появился очень предприимчивый англичанин — лорд Эльджин. Этот

лорд получил разрешение у турецкого правительства на вывоз нескольких античных мраморов с

Акрополя. Но разрешение он понял так, как ему было удобно. В течение года на Акрополе работали

двести человек, выламывая все, что можно было увезти. Четыреста ящиков было погружено на два

английских корабля. И, как рассказывают сами греки, когда корабли покинули воды Греции, страшно

разгневалась богиня Афина. Один из кораблей затонул. Лорд попал в плен. Только через три года,

вернувшись в Англию, он начал работы по подъему корабля. Корабль подняли. Груз был доставлен в

Лондон, в Британский музей. Но там, вдали от своей родины, эти великолепные древнегреческие

скульптуры не производят того впечатления, какое производили на афинском Акрополе. Да это и

естественно, потому что скульптура, созданная как украшение архитектуры, в отрыве от нее много

теряет. Байрон в одном из своих стихотворений заклеймил Эльджина как злого грабителя, «не

пощадившего того, что годы сберегли, что варвары и турки пощадили».

Раскопки в Афинах.

Акропольские храмы дают очень яркое представление о том, как выглядели древние Афины. Но

это представление было бы неполным, если бы мы не посетили Агору — рыночную площадь. Долгое

время местонахождение ее не было установлено точно. Когда же в 1920 году городские власти

решили построить здание метрополитена рядом с древним храмом бога кузнечного дела Гефеста, то

во время земляных работ наткнулись на древнюю Агору. На ней в V веке до нашей эры и был

построен Гефестон.

Агора была не только местом тор-говли, но и административным центром Афин. Чтобы раскопать

всю эту территорию, городским властям пришлось даже переселить жителей города на окраины,

снести современные дома. Сейчас рыночная площадь раскопана полностью. Можно ходить по ней,

можно видеть фундаменты зданий, остатки колонн, керамику. А ведь здесь когда-то находилось

здание народного суда, в храме Матери Богов хранился государственный архив, в здании Бу-левтерия

помещался Афинский совет.

Пока продолжались раскопки, родилась идея: восстановить одно из древних сооружений и создать

там музей всего, что найдено на Агоре. Эта мысль показалась очень заманчивой современным

архитекторам. Со всех концов Греции съехались специалисты, которые на основании древних книг об

архитектуре, детального изучения сохранившихся фрагментов зданий восстановили одно из них. Но

строители наших дней не смогли передать того, что было свойственно архитектуре древних.

Созданное здание получилось очень скучным. Сорок пять ионических колонн второго этажа и сорок

пять дорических колонн первого этажа не оживили его. Они придали ему однообразный характер.

Современные архитекторы не смогли передать того духа, который являлся основой

древнегреческой архитектуры. Каждая колонна, каждая архитектурная деталь у древних греков имела

свое неповторимое лицо. Эта особенность была упущена. Получилось не воссоздание древнего

памятника, а механическое подражание ему.

Своеобразие сегодняшних Афин заключается в том, что часто современность и старина

переплетаются между собой. Так, почти в центре Афин расположен некрополь V века до нашей эры.

Некрополь — это кладбище. На всех могилах возвышаются мраморные плиты — стелы, на которых в

рельефе изображали умершего человека и писали его имя. Все памятники некрополя проникнуты

настроением тихой грусти. Главное в человеке, считали греки, уметь владеть своими чувствами. У

греческого поэта VII века до нашей эры Лрхилоха мы встречаем такие строчки: «Слишком в беде не

горюй и не радуйся слишком при счастье. То и другое умей доблестно в сердце хранить».

Стелы афинского некрополя, хотя и были выполнены не знаменитыми мастерами, тем не менее

надолго остаются в памяти. Они поражают мастерством исполнения, тонко переданным настроением,

декоративной трактовкой складок одежд изображенных лиц.

Что же касается Афин римского времени, то об этом мы можем судить по двум памятникам: арке