Читаем Глюк полностью

Еще как. Того и гляди запрыгаете. Смотрите не облейтесь кофе.

Постараюсь.

Не иначе, ваши акции подскочили на бирже

Гораздо, гораздо лучше.

Такая радость, что ради нее и умереть не жалко?

Совершенно верно.

Сейчас принесу яичницу.


Срочно успокоиться. Подождать с праздником до дому. Не надо привлекать всеобщее внимание. Так что знай жуй и молчи. Все как обычно, никаких отклонений. Полная анонимность. Это важно, об этом нельзя забывать. Между мной и этим делом нет никакой связи. Подумаешь, пищевое отравление. Никогда не догадаются, что есть виноватый. Ну, проверят кафетерий. Интересно, что они сделают, когда не найдут никаких следов? Станут выяснять, есть ли другие кажется странным, что заболел всего одни. Надо было плеснуть немного в блюда салат-бара. Слегка бы еще парочка посетителей, и никаких подозрений, значит, в Барнарда никто не метил. Случайная жертва. Кафетерию крышка. Несколько трупов? Нет, не могу. Одно дело — Барнард, другое — невинные люди. С трудом сижу спокойно. Завтрак окончен. Обычные чаевые. Никаких зацепок. Даже если они решат, что это преднамеренно. Он ведь не знает — не знал. — скольким людям нагадил. Нельзя же проверять тысячи граждан.

Простите, сэр, мое имя Горацио Кью Пинкертон, я расследую причины смерти некоего Гарри Барнарда.


Гарри Барнарда?

Да. Он работал в Администрации по делам ветеранов, отдел пособий.

А разве он умер?

Да, сэр, он скончался. Полностью, абсолютно, даже, если можно так выразиться, безвозвратно.

О-о…

Значит, вы не осведомлены о его смерти?

Я даже не знал, что он болен.

Да, болен. То есть болел. Раньше.

Ну да, понятно…

Такая утрата. В самом расцвете сил. Трагедия.

Семья, наверно, убита горем.

Нет. Жена с детьми отправились в Диснейленд. Или в Диснейуорлд.

О-о-о…

А вот его пес, Калека, в трауре. Не ест с тех пор, как его увезли в больницу. Гарри Барнарда, а не пса.

Понимаю.

Спасибо, сэр, вы нам очень помогли.

Пожалуйста, я с удовольствием.

Удовольствие, удовольствие, удовольствие. «У», «Д», «О» и так далее. Пора уносить отсюда ноги. Проверим… Все как обычно: подняться со своего места, оставить чаевые. Прекрасно. Улыбочка кассиру…

Всего хорошего.

Спасибо, сэр. И вам того же.


До чего же хорошо снаружи! Прочь, прочь! Того и гляди пущусь посреди улицы в пляс. Не знал, что такое бывает. Избыток сил! Сейчас заору во все горло. Ничего, справлюсь. Все в порядке. Без шума. Ничего никому не скажу. И не сказал бы напрямую. Разве что намеком. В себе этого не удержать. Не потому ли многие признаются? Не из-за угрызений совести, а из желания хотя бы с кем-то поделиться. Рассказать, как ты все спланировал, осуществил, чего добился. Непреодолимая потребность. Не сознаться, а просто поговорить. Должны же существовать какие-то безопасные способы. Сходить в бар, еще куда-нибудь. Приклеить усы. Надеть очки в роговой оправе. По-другому причесаться. И вывалить все первому встречному. Никто, конечно, не поверит. А потом, когда услышат об этом в новостях, все равно не смогут связать меня с Барнардом. Шагай, дыши. Вдох — выдох. Дыши молча, не произноси ни слова. Один Калека… Какая отличная мысль! Единственное неравнодушное существо. Тоже способ облегчить душу. Вдруг он поймет мои слова? Или почует нюхом? Нападение собаки на человека. Так я попаду в выпуск новостей. Меня покажут по телевизору. Но мне этого не надо. Боже, это становится невыносимо. Я вот-вот взорвусь. Скорее уменьшить давление. Вдох — выдох. Прыгнуть бы в высоту или в длину, покрутиться на месте. Ничего, вот доберусь до дому, там и попробую. В трико. Пируэт. А пока ускорить шаг. Не тащиться, как черепаха. Я хожу кругами. Во рту сухо. Где я??? Далековато от дома. Кажется, я бежал. Как устали ноги! Забыть о прыжках и остальной ерунде. Какого черта, надо посидеть здесь хоть минуту. Во рту пересохло.


Добро пожаловать, чего желаете?

Не знаю, выпить чего-нибудь.

Виски с содовой… Еще содовой?

Годится.

Гуляете?

Вроде того… Можно сказать и так.

Сейчас самое время. Днем такая жара. Прошу. Как булькают ледяные кубики. Хорошая музыка.

Да уж, лучше не придумаешь. Холодно и мокра

Вы не из тех, кто выпивает, как я погляжу

Кто выпивает? Нет, я не из этих.

Так я и подумал.

Правда?

Я уже больше двадцати лет стою за стойкой. Те, кто приходит в бар до полудня, выглядят совсем по-другому

По-другому? И как же?

Похмельного распознаешь за милю. А у вас просто жажда.

Верно, жажда. Пошел прогуляться после завтрака и не рассчитал силы.

Со мной тоже иногда бывает. Задумаешься и забредешь неведомо куда.


Вот-вот, неведомо куда… Я вспоминал книгу, которую читаю. Очень увлекательно. Про человека, которому надо кое-кого убить и сделать так, чтобы это выглядело как естественная смерть.

Это про ЦРУ?

Наверное Не знаю. Нет, про обыкновенного человека.

Это месть?

Не совсем. Просто убийство. В наказание за горе, причиняемое людям.

Понял, убийство из милосердия.

Ну можно отнестись к этому и так. Пожалуй. Одним словом, он выясняет, как сварганить бактерии E.coli и сальмонеллы и отравить его питье.

Серьезно? Как же это у него получается?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Зенитчик. Боевой расчет «попаданца»
Зенитчик. Боевой расчет «попаданца»

Что первым делом придет на ум нашему современнику, очнувшемуся в горящем вагоне? Что это — катастрофа или теракт? А вот хрен тебе — ни то, ни другое. Поздравляю, мужик, ты попал! Ровно на 70 лет назад, под бомбежку немецкой авиации. На дворе 1941 год, в кармане у тебя куча фантиков вместо денег и паспорт, за который могут запросто поставить к стенке, в голове обрывки исторических знаний да полузабытая военно-учетная специальность, полученная еще в Советской Армии… И что теперь делать? Рваться в Кремль к Сталину, чтобы открыть ему глаза на будущее, помочь советом, предупредить, предостеречь? Но до Сталина далеко, а до стенки куда ближе — с паникерами и дезертирами тут не церемонятся… Так что для начала попробуй просто выжить. Вдруг получится? А уж если повезет встретить на разбитой дороге трактор СТЗ с зенитной пушкой — присоединяйся к расчету, принимай боевое крещение, сбивай «штуки» и «мессеры», жги немецкие танки, тащи орудие по осенней распутице на собственном горбу, вырываясь из «котла»… Но не надейся изменить историю — это выше человеческих сил. Всё, что ты можешь, — разделить со своим народом общую судьбу. А еще знай: даже если тебе повезет вырваться из фронтового ада и вернуться обратно в XXI век — ты никогда уже не станешь прежним…

Вадим Васильевич Полищук , Вадим Полищук

Проза / Фантастика / Альтернативная история / Попаданцы / Военная проза