Читаем Глаза войны полностью

Причина его нервного припадка выяснилась, после того как он закончил брызгать слюной и браниться как портовая шлюха из Гданьска. Оказалось, что русские подползли ночью на нейтральную полосу и поставили между нашими передовыми окопами чучело на палке, чучело было сделано старательно, судя по всему вылеплено из глины и одето в форменный мундир Вермахта.

Всё бы ничего, но Леману показалось, что чучело слишком сильно похоже на фюрера, а усугублялось всё тем, что во рту чучела торчала деревяшка очень похожая на мужской детородный орган, а на груди у чучела была табличка с надписью:

«Немецкий солдат, твой фюрер уже позавтракал, а ты?»

Сначала Леман распорядился, чтобы на позицию выехала одна, из оставшихся двух, приданных нашему батальону самоходок, и разнесла в щепки это чучело. Перед выходом на исходную, парни каким-то образом зацепили наше же минное поле, которое сапёры укладывали на прошлой недели, в случае отхода батальона на запасные позиции. Припадок Лемана усилился, чучело уже слишком дорого нам обходилось. Леман требовал убрать эту гадость любым способом, а мы уже привыкли, что под любым способом всегда подразумевалась наша 2-ая рота.

Франц отправил мальчишку из ночного пополнения снять чучело, но только парень оказался на нейтральной полосе, то его шею пробила пуля русского снайпера, а мы наблюдали, как он катается и корчится на земле.

Леман не успокаивался и орал, чтобы Франц послал ещё людей, но Франц отказался и сказал, что не он, ни временно вверенные ему люди не покинут окопы из-за какого-то глиняного пугала, кому бы оно что не напоминало.

Было вполне очевидно, что это ловушка и приманка, нам известно, что у русских жестокое чувство юмора. Не то, что мы так привязались к этим молочным мальчишкам, мы даже не успели узнать толком их имена, но жертвовать людьми так глупо, не рационально и дарить жизни солдат Иванам - было идиотизмом.

-Я отдам тебя под трибунал, Вильке!!!-кричал он Францу.

Но мой друг сказал, что не отдаст, потому что нас некем заменить и чучело с деревяшкой во рту станет для Лемана меньшей из проблем, когда уже этой ночью Иваны подползут и начнут резать этих молокососов, которых прислали ночью, эти увальни не то не услышат разведку русских, они не услышат даже если русские проедут ночью мимо них на танке.

К обеду дело приняло совсем отвратительный оборот, на Лемана стало страшно смотреть, информация о чучеле на нейтральной полосе просочилась в полк и приказ разобраться с ним поступил уже от майора.

Роту ждал совсем ненужный бросок под пули.