Она сказала ему, что живёт в доме рядом с кампусом Келлермана, который расположен в горах того, что раньше было штатом Вермонт… или, может быть, Мэн. Там, наверху, будет очень красиво, даже ночью. Она сказала, что у неё есть дикие птицы, что там много деревьев.

Дорога туда на поезде занимала около двух часов.

Если он сейчас уйдёт, то окажется там ещё до рассвета.

Мысль о том, чтобы лечь рядом с ней, обхватить её руками, почувствовать, как она дышит рядом с ним, ощутить биение её сердца, тепло кожи и дыхания, трепетание век на его коже… каждый образ, связанный с этой единственной фантазией, которую он лелеял с тех пор, как впервые увидел её… снова отвлекла его.

Она продолжала затмевать большую часть его мыслей, пока Ник шёл по узкому проходу, всё ещё обходя людей и случайных вампиров с намордниками, некоторые из которых были одеты в квазикостюмы или халаты.

Ник почти не смотрел на них.

Он машинально шёл по людному пространству, погруженный в фантазию увидеть свою — ну, кем бы ни была для него Уинтер — воочию, действительно прикоснуться к ней.

Бл*дь, она просила его об этом уже несколько недель.

Она просила разрешения приехать к нему, в его квартиру на Вашингтон-Хайтс.

Он ответил отказом.

Он повторял отказ всякий раз, когда она спрашивала.

Он не хотел, чтобы она регистрировалась как посетительница, учитывая все системы наблюдения вокруг его дома и тот факт, что здание принадлежало М.Р.Д. и управлялось им. После всего случившегося это будет выглядеть плохо для неё, плохо для её работы, плохо для них обоих, не говоря уже о том, что привлечёт ещё больше внимания к ней со стороны М.Р.Д.

Учитывая, что Уинтер была гибридом и наполовину видящей, живущей нелегально под человеческим удостоверением личности, это было бы ужасной идеей для них обоих. По целому ряду причин.

Закон запрещал ему питаться ею.

Формально закон не запрещал им быть друзьями, проводить время вместе… даже заводить отношения и трахаться, лишь бы он не кусал её… но никто, буквально никто не поверит, что он не кусает её. Учитывая, кем был Ник. И кем была Уинтер.

Никто.

По всем этим причинам, а также по нескольким другим, Ник попросил её подождать, позволить ему прийти к ней. Она смягчилась после их четвёртого или пятого спора по этому поводу, но попросила его приехать, как только полиция Нью-Йорка разрешит ему покинуть квартиру.

Ник сказал ей, что приедет.

Возможно, он даже пообещал это в один из моментов, когда он слегка ослабил оборону, особенно учитывая, что всё больше и больше их разговоров в последнее время походили на секс по телефону, а не на обычные беседы, даже между двумя людьми, которые нравились друг другу.

Неудивительно, что Уинтер разозлилась.

Он мог бы сейчас проводить время со своей девушкой.

Да, он так и сказал. По крайней мере, подумал.

Девушка.

Он мог быть с ней, а не здесь, позволяя избить себя без всякой причины. Но он чувствовал себя обязанным перед Кит и потому пришёл посмотреть, как она дерётся. Особенно учитывая, что именно благодаря ей он смог покидать квартиру.

Сам себе в этом не признаваясь, Ник и так собирался завтра навестить Уинтер.

Может быть, даже сегодня вечером, после боя Кит.

Какого хера он делает?

Как он позволил Чарли уговорить себя на это?

«Много мёртвых вампиров, — мысленно пробормотал разум Ника. — Вот как. Они нашли много мёртвых вампиров, и ты хочешь знать, почему».

Его челюсти напряглись при этой мысли…

… когда широкоплечий человек перед ним остановился как вкопанный.

Глава 6

Грант

Ник резко остановился позади человека, спасённый больше своими вампирскими рефлексами, нежели чем-либо ещё.

Моргнув, он оглядел круглую комнату, в которой очутился, и его разум включился в работу с такой ясностью, что мышцы напряглись.

Ник повернулся лицом к ряду людей.

Они не все стояли лицом к нему.

Все они были одеты одинаково — чёрные облегающие костюмы, которые напоминали ему боевое снаряжение, но выглядели обманчиво простыми.

«Униформа», — быстро сообразил Ник.

Символ, который он видел на визитной карточке Фарлуччи и на спине бойца-вампира с ирокезом, сиял на чёрной ткани через органические электронные патчи. Ник отметил символ в трёх местах, которые он мог видеть: в районе сердца на передней части рубашки на молнии, в значительно большем размере на спине, и третий, менее заметный вариант чёрного цвета на бёдрах брюк.

К нему и Габриэлю подошёл красивый блондин.

— Кто это? — сказал блондин, мотнув подбородком в сторону Ника. — Тот новый парень?

— Новый парень, — подтвердил Габриэль. — Босс хочет, чтобы он занял освободившееся место.

Блондин оглядел Ника и хмыкнул.

— Босс получает то, что хочет, — сказал он, слегка улыбнувшись Нику. Он протянул руку. — Ты что-нибудь знаешь? — спросил он. — Хоть что-нибудь?

Ник покачал головой.

— Нет.

— Дэвид говорил тебе что-нибудь о цветах?

Ник нахмурился ещё сильнее.

— Нет.

Блондин посмотрел на Габриэля. Они рассмеялись.