Читаем Глаз ведьмы полностью

— Квартиранта твоего, — наливая себе чай, благодушно объяснил первый, а второй выдернул шнур от электрочайника и потянул его, словно пробуя прочность на разрыв. — Где он, кстати?..

Метрах в пятидесяти от дома Тарасова, с той стороны, куда выходило окно его большой комнаты, остановилась машина с потушенными огнями, в которой сидели трое мужчин.

Один из них открыл продолговатый кейс и быстро собрал немного странную на вид винтовку с глушителем и оптическим прицелом. Приложился к мягкому резиновому наглазнику прицела и, нащупав пальцем спусковой крючок, примерился.

— Где окно? — не оборачиваясь, спросил он.

Ему указали, он повел стволом туда и снова примерился, как лучше произвести выстрел.

— Не исключено, что они на кухне, — открыв другой кейс, с радиоприемным устройством, заметил сидевший рядом с водителем «слухач».

— Ничего, микрофон чувствительный, — «снайпер» открыл затвор винтовки и загнал в ствол патрон. — В самом лучшем виде всадим на иголочке в раму и слушай на здоровье. Они уже там?

— Да. Интересно знать, как им удалось обнаружить его убежище?

— Узнаешь, — обронил «снайпер», прикладываясь к винтовке.

Глухо прозвучал выстрел. «Слухач» надел наушники. Через несколько секунд он включил диктофон и показал «снайперу» большой палец. Тот самодовольно усмехнулся и начал разбирать винтовку.

— А если он не скажет? — прикуривая, пробурчал водитель.

— Наше дело не рожать, — усмехнулся стрелок…

На легкий стук, донесшийся из комнаты, никто на кухне не обратил внимания, тем более что его почти не было слышно из-за музыки.

— Выруби шарманку, — ни к кому не обращаясь, распорядился первый, в пестрой рубахе. «Боксер» прошел в комнату и выключил музыкальный центр.

— Итак, где он?

«Пестрая рубаха» отхлебнул чаю и пристально посмотрел в глаза Славику. Тот отвел взгляд в сторону и промямлил:

— А п-почему, с-собственно?..

— По праву сильного, — охотно объяснил бугай. — Ты же не хочешь, чтобы тебя били ногами? Правда? Тогда скажи, куда отравился господин Серов? Если ты не в курсе, то это фамилия твоего квартиранта, так интересовавшегося Тамарочкой Сыровой. Ведь это ты спрашивал о ней по его просьбе? Или не так?

— Я ничего вам не скажу! И вообще уходите! — срывающимся от волнения голосом выкрикнул Славик, но тут третий из незнакомцев неожиданно накинул ему на шею шнур от чайника и затянул петлю так, что у Тарасова потемнело в глазах.

— Скажешь, — небрежно отодвинув в сторону чай, жестко бросил бугай. — Или тебя удавят! Ну, где сейчас Тамарка?

— В Солнечногорске, — проклиная в душе собственную слабость, просипел Тарасов, жадно хватая воздух широко открытым ртом. Он пил его как самое хмельное и прекрасное вино на свете!

— Серега к ней поехал?

— Не знаю! Он не говорил.

— Адрес где?

— Он взял записку. И потом ушел.

— Улицу помнишь?

Славик чувствовал себя Иудой, но боялся солгать этим страшным людям и хотел теперь лишь одного: никогда более в жизни не видеть ни этих незваных гостей, непонятным образом проникших в его квартиру, ни Сергея, которого он, спасая себя, малодушно предал. Пусть все отвалят и оставят его в покое! Он не герой и не боец, он пишет песенки для детей и не способен на борьбу, свершения и подвиги! Есть же на свете люди, которые на это не способны, вот он один из них!

Презирая себя, он назвал улицу, и тут страшная петля вдруг затянулась еще туже, и Тарасов попытался схватиться за нее руками, чтобы вдохнуть хотя бы еще раз, но свалился с табурета и, несколько раз дернувшись, затих.

— Все? — парень в пестрой рубахе допил чай, взял со стола салфетку и аккуратно завернул в нее чашку. — По дороге где-нибудь выброшу. Ну, пошли?

— Теперь в Солнечногорск? — перешагнув через тело Славика, спросил удавивший хозяина гость.

— Как прикажут, — усмехнулся «боксер»…

«Слухач», сидевший в машине с потушенными огнями, продиктовал адрес, снял наушники и устало сказал:

— Они его кончили. Наверное, задушили. У каждого Моцарта свой Сальери.

— Мы тоже в Солнечногорск? — не обратив на его сообщение никакого внимания, словно это было абсолютно несущественное замечание, поинтересовался «снайпер».

— Свяжись с Бормотухой, — посоветовал водитель. — Кажется, у нас одна группа болтается неподалеку от Каланчевки? Оттуда до трех вокзалов рукой подать, может, перехватят парня?

Прежде чем выйти из дома, Аркадий посмотрел в окно — черная «Волга» с блестящей антенной радиотелефона уже стояла у подъезда. Вот только номеров ее не разглядеть. Но, с другой стороны, чья это еще может быть машина, если не из управления? И он, пообещав жене звонить, захлопнул дверь и быстро сбежал вниз по лестнице.

На первом этаже ждали лифта трое незнакомых парней. Когда Пылаев проходил мимо, они неожиданно набросились на него и умело скрутили, не дав достать оружие и даже не позволив оказать ни малейшего сопротивления. На запястьях защелкнулись наручники, Аркадия выволокли из подъезда и сунули головой вперед в предупредительно открывшуюся дверь «Волги».

Парни тоже втиснулись в салон, и машина рванула, набрав приличную скорость.

— В чем дело? — хрипло спросил Пылаев, но ему никто не ответил.