Читаем Гитлер против Сталина полностью

Отец Валентина Бережкова, инженер–судостроитель, в 1916 году был командирован в США и хотел уехать за океан вместе с беременной женой, но теща отговорила. «Не будь бабушка столь упрямой, — вспоминал Бережков, — я бы родился в Соединенных Штатах. И, быть может, оказался бы переводчиком не Сталина, а Рузвельта».

Деканозов пытался вручить полученную из Москвы ноту. Риббентроп сразу его прервал и кивнул руководителю своей канцелярии. Тот зачитал заявление об объявлении войны. Деканозов слушал молча. Видно было, как его лицо краснело, кулаки сжимались.

   – Весьма сожалею, — произнес он.

Переводчику Риббентропа Эриху Зоммеру Деканозов позднее заметил:

   – Крайне сожалею, что наши вожди, Сталин и Гитлер, не встретились. История пошла бы иным путем.

Когда Деканозов и Бережков вернулись из министерства в советское посольство, здание было окружено эсэсовцами. Прервалась телефонная связь. Полпред распорядился уничтожить секретные документы и шифры. Покидать посольство немцы запретили. А именно это было позарез необходимо нашим разведчикам!

Резидент политической разведки Амаяк Кобулов находился в Москве.

Его замещал лейтенант госбезопасности Александр Михайлович Коротков. Его ждала большая карьера, со временем он возглавит нелегальную разведку. Но в тот день ему нужно было во что бы то ни стало повидаться с важнейшими агентами берлинской резидентуры.

Обаятельный Валентин Михайлович Бережков сумел договориться с эсэсовцем, начальником охраны посольства. За хорошим ужином объяснил, что другу нужно попрощаться с немецкой девушкой, с которой у него роман. Бережков сел за руль. Эсэсовец рядом. Коротков на заднем сидении. Они доехали до самого крупного в ту пору в Европе универсального магазина. Коротков выскочил из машины. Здесь проще было затеряться в толпе, вспоминал Бережков. К тому же поблизости находится подземка. Договорились через два часа встретиться у метро.

Поджидая Короткова, Бережков и немец пили пиво. На следующий день операцию повторили. Коротков оставил своим агентам не только необходимые инструкции, но и передатчик. Теперь они могли связываться с Москвой только по радио.

Если бы Гитлер не напал на Советский Союз, Третий рейх, возможно, существовал бы достаточно долго. Но злобная натура фюрера не позволяла ему жить в мире и согласии с окружающими. Его безумные взгляды толкали его к завоеваниям. Вся политика Гитлера была сплошной авантюрой! Просто до поры до времени ему невероятно везло.

Граф Фридрих Вернер фон дер Шуленбург после возвращения из Москвы работал в министерстве иностранных дел, хотя партийное руководство ему не доверяло. Бригадефюрер СС Вальтер Хевель, постоянный представитель министерства иностранных дел при ставке фюрера, пренебрежительно говорил:

«Из примерно пятидесяти наших дипломатов только пять–шесть светлых голов, а остальные — это где–то уровень почтальона. Пример тому — наш посол в Москве фон Шуленбург и наш военный атташе там генерал Кёстринг, которые были введены в заблуждение русскими».

Участники заговора против фюрера, попытавшиеся убить его 20 июля 1944 года, чтобы закончить войну, прочили Шуленбурга на один из важных постов в новом правительстве.

«Когда оппозиционные группы в Германии обратились к Шуленбургу с целью привлечь его на свою сторону, — рассказывал один из его сослуживцев, — он согласился занять пост министра иностранных дел в новом национальном правительстве, если переворот окажется успешным».

Некоторые заговорщики полагали, что Сталин не прочь заключить сепаратный мир с Германией, чтобы прекратить кровопролитную войну… Сам Шуленбург не очень в это верил. Но был даже готов — ради переговоров со Сталиным, чтобы его перебросили через линию фронта. После провала заговора 20 июля гестапо арестовало Шуленбурга. 10 ноября его повесили во дворе берлинской тюрьмы Плетцензее.

Бывший помощник военного атташе в Москве Ханс Кребс, который не решился доложить в Берлин, что столкновение с Россией станет гибельным для Германии, в войну сделал изрядную карьеру. Он стал последним начальником генштаба сухопутных сил вермахта. 1 мая 1945 года генерал пехоты Кребс покончил с собой в бункере фюрера.