Читаем Гитлер полностью

Государственное регулирование экономики затронуло не только сырьевую сферу, но и сферу инвестиций. С одной стороны, следовало притормозить развитие производств в отраслях, считавшихся второстепенными или малозначительными с точки зрения перевооружения (например, в текстильной отрасли), с другой – стимулировать добычу полезных ископаемых в самой Германии, а также производство товаров-заменителей – печально знаменитых эрзацев. 14 декабря 1933 года правительство рейха заключило договор с фирмой «ИГ-Фарбен» и взяло на себя обязательство поддержать производство синтетического бензина. В дальнейшем этот договор послужил образцом для регулирования взаимоотношений государства и частных предприятий в сфере инвестиций. Однако предприятия, не обладавшие финансовыми возможностями, сопоставимыми с «ИГ-Фарбен», не могли рассчитывать на государственную поддержку, а потому были вынуждены объединяться, порой против собственной воли. Так случилось с производителями бурого угля в акционерном обществе Браунколе-Бенцин АГ, начавшими выпуск синтетического бензина, дизельного топлива и масел. Аналогичная судьба постигла производителей искусственного волокна.

Укрупнение и переориентация экономики в пользу вооружений не могла не повлиять на малые и средние предприятия. С учетом предвыборных обещаний и при условии, что в рядах НСДАП существенное место занимали представители средней буржуазии, можно было ожидать, что эта прослойка общества получит определенные поблажки. Однако рейх ее вскоре разочаровал. Вместо создания корпоративных объединений Гугенберг и Геринг продвигали формирование профессиональных ассоциаций, по сути напоминающих объединения промышленных предприятий (так называемых государственных ассоциаций), поскольку ими было легче управлять в рамках политики государственного управления экономикой. Следовало уменьшить количество малых предприятий, поскольку они не могли принести никакой пользы в производстве вооружений, одновременно высвободив квалифицированную рабочую силу для военно-промышленного комплекса. В настоящее время ни одно серьезное исследование, посвященное экономике Третьего рейха, не подвергает сомнению тот факт, что приоритетом стала подготовка к войне, а успешно вести ее можно было, только располагая многочисленной и квалифицированной рабочей силой. Поэтому встала задача перетянуть на свою сторону рабочих, лишив их других возможностей зарабатывать себе на жизнь. Проведением подобной политики кнута и пряника занимался Немецкий трудовой фронт (ДАФ) при помощи так называемых трудовых посредников. Эта категория сотрудников была введена 19 мая 1933 года, и им вменялось в обязанность обеспечивать «мирный труд»; со своей стороны, рабочие и интеллигенция числились членами ДАФ как работники «ручного и умственного труда». Впрочем, довольно скоро (20 января 1934 года) появился закон об организации народного труда, принятый в пользу владельцев предприятий. По этому закону работники предприятия подчинялись исключительно его директору, который располагал широкими возможностями увеличения базовой заработной платы с помощью разнообразных премий.

Роль Трудового фронта свелась к контролю над производительностью труда, восхвалению трудового энтузиазма и возвеличиванию духа жертвенности во имя нации. Эта задача была поручена человеку по имени Роберт Лей – убежденному национал-социалисту, с 1925 года входившему в ближайшее окружение Гитлера. Сын крестьянина, он получил химическое образование и защитил диссертацию. Во время войны служил летчиком, был сбит и попал во французский плен. С 1919 по 1928 год работал в компании «ИГ-Фарбен», из которой ушел, как он говорил, по политическим мотивам; другие источники утверждают, что ему пришлось бросить работу из-за пьянства. В 1925 году Гитлер уже доверил ей курировать Южную Рейнскую область; с 1928 года он был депутатом прусского сейма, а с 1930-го – депутатом рейхстага. Этот не отличавшийся лощеными манерами человек охотно участвовал в уличных потасовках и ненавидел евреев. Издаваемая им газета «Вестдойчер беобахтер» постоянно поливала грязью владельцев крупных магазинов и еврейскую финансовую элиту. Прежде чем получить назначение на должность главы Народного трудового фронта, Лей сменил Грегора Штрассера во главе организационного отдела НСДАП.